Да и куда вы денетесь с подводной лодки, в смысле с яхты?
— Да вот думаю, — медленно ответил Василий, — сколько бы я заработал на ваших мальчиках из Непала, если по пятнадцать тысяч с рыла?"
"Барабанщиков вынужден был согласиться на условия Ричарда Прайса. В одиночку он легко бы ушел от людей Ричарда, но девушка связала по рукам и ногам. Бросить не мог. Их поселили рядом, в отдельных каютах. Обслуживали китайцы. Ричард сразу предупредил, чтоб по яхте не шатались, особенно девушка. Оставшиеся в живых члены команды могли убить.
За каждым не уследишь, объяснил Ричард, а уберечься от ножа в спину очень трудно. К немалому удивлению Василия, побоище на палубе мало повлияло на работу экипажа. Оказывается, в драке участвовали только те, кто были пиратами. Экипаж только наблюдал. Он состоял из обычных матросов, грабежами они не занимались. У Василия была мысль удрать с корабля вместе с Аликой в Суэцком канале, но Ричард пресек эту возможность очень просто. За день до подхода к каналу каюты Барабанщикова и девушки оказались заперты и не открывались, пока судно не вышло в Красное море.
Оставалось только смотреть в иллюминатор на однообразные пустынные пейзажи берегов канала и переговариваться между собой. Когда корабль вошел в Красное море, двери отперли и Василий с Аликой вышли на палубу. Но долго гулять не пришлось — бешеное африканское солнце набросилось огненными клыками. Удушающая жара стояла даже ночью. Единственным спасением служили кондиционеры в каютах. Яхта быстро шла вдоль берегов Эфиопии и Василий в который уже раз вспоминал тот сумасшедший марш через саванну, горящие вертолеты и цепи черных наемников, штурмующих высоту, на которой трое обороняются до последнего патрона.
В эти минуты Василий замыкался в себе, невпопад отвечал на вопросы Алики. Девушка старалась чаще бывать с ним, потому что очень боялась. Однажды она рассердилась на него, когда он что-то невразумительно промычал на ее вопрос.
— Василий Иванович, вы должно быть уже путешествовали в этих краях, — обиженно заявила она, — каждый раз, как ты посмотришь на берег, у тебя глаза останавливаются и лицо деревенеет.
Может, несчастная любовь?
— Что? Какая любовь? Да нет, — очнулся Василий, — что ты. Это я так, по дому скучаю. А в Африке я не был. Я ж счетовод.
— Скажи еще, в колхозе! — фыркнула девушка.
— Ну, не в колхозе, — поправил Барабанщиков, — но тоже в достойной организации.
Яхта Ричарда обладала отличными мореходными качествами.
