Букелларий

Я не даю Буцефалу остановиться, подгоняю шпорами. Да и он сейчас не сам по себе, а частичка огромного табуна, у которого тоже, наверное, есть свое энергетическо-эмоциональное поле. Так же делают и мои соратники слева и справа от меня. В итоге мы наваливаемся на врагов почти одновременно.

Во время удара лошадиной груди, защищенной пейтралем, о щит фриза из первой шеренги, я дергаюсь в седле, чуть не вылетаю из него вперед. Затем откидываюсь назад и наблюдая, как падают вражеские воины впереди и сбоку от нас с конем.

Мы завалили и раскидали пять или шесть шеренг. По бокам и немного позади я вижу морды лошадей моих соратников. Сразу начинаю рубить саблей врагов, до кого могу дотянуться. В задних рядах стоят воины в простых войлочных или кожаных шапках, редко у кого есть хотя бы металлический каркас, поэтому запросто коротким ударом располовиниваю череп, иногда успев заметить красновато-серое вещество, которое должно было принять правильное решение и не притаскивать тело в это место в это время.

Вскоре мой конь выдавился из толчеи, оказавшись позади вражеской фаланги. Я повернул его на девяносто градусов вправо и поехал вдоль задней шеренги, убивая тех, до кого дотягивался. Многие были настолько увлечены происходящим перед ними, что оглядывались только в тот момент, когда рядом вскрикивал соратник, пострадавший от моей сабли. Затем до них дошло, что враг сзади, начали разворачиваться и отступать, закрываясь щитами, а потом и вовсе побежали. Фризы, как и их потомки голландцы, никогда не отличались отвагой и мужеством.

Как мне сказали, костяк их нынешней армии составляют пришедшие на помощь саксы, стоявшие, наверняка, в передних шеренгах и сразу попавшие под раздачу. Глядя на удирающих, можно было легко вычислить по тому, как долго не расставался с щитом, у кого больше жадности, а у кого трусости. Я не гнался за ними, предоставив делать это своим подчиненным. Им это еще в радость.

Когда прибыла наша пехота и вместе с ней Карл Мартелл, шел сбор трофеев.

Я допросил пленного и узнал, что это была армия, с которой фризский правитель Поппо собирался разгромить франков. Среди убитых его не было. О чем я и доложил мажордому всех франков.

— Хватило одного удара конницы, — произнес Карл Мартелл и покивал, будто соглашался сам с собой."

"— Да, — подтвердил я. — Причем их было раза в два, а то и в три больше.

— Что ж, и здешние земли пойдут на бенефиции, — сделал он вывод.