Букелларий

Позавчера пришло известие, что умер король франков Теодорих Четвертый. Как сказали, от нутряной болезни, что сейчас в большинстве случаев обозначает отравление. Это безвольное чмо абсолютно не мешало не только Карлу Мартеллу, но и кому-либо другому, так что отравиться мог сам по глупости или страдал какой-то болезнь органов пищеварения. Прямых наследников у Теодориха Четвертого нет. Есть несколько дальних родственников, каждый из которых имеет слишком мало оснований, чтобы претендовать на корону.

Карл Мартелл мог отдать трон франков любому из них, кто согласится быть его ручной обезьянкой. Видимо, надо было отсмотреть кандидатов, провести переговоры и сделать это срочно, пока кто-нибудь из них не объявил себя правителем."

"Городская стена выстояла до утра. То ли мы сделали слишком маленькую пещеру, то ли костер развели неправильно, то ли фундамент оказался слишком прочным, то ли еще что-то, не ведомое мне. Судьба улыбнулась маврам, а не франкам, которым пришлось покинуть Септиманию.

На обратном пути мы сожгли и разрушили стены у всех городов, сдавшихся ранее. Часть горожан отправилась вместе с нами в Прованс и Бургундию. В Арле нас ждала делегация марсельцев, которые изгнали Мавронта и признали власть Карла Мартелла. Новым правителем Прованса был назначен Аббон — потомок кельторимлян, крупный землевладелец. Часть его земель находилась в королевстве лангобардов. Говорят, Мавронт сильно подсократил владения Аббона. Мажордом всех франков вернул отнятое и добавил из того, что конфисковал у Мавронта, чтобы эти два человека уж точно никогда не стали союзниками. Остальные земли были розданы в виде бенефиций новым воинам.

Я проехал с армией франков до Лиона, после чего вместе со своим нынешними земляками двинулся генеральным курсом норд-ост, в свои владения. В Нейстрии пока что было тихо, самозванцы не появлялись. Видимо, никто не хотел связываться с победителем мавров — этот титул после нашей победу у реки Берры накрепко прилип к Карлу Мартеллу — и «почти королем франков», как назвал его в письме Римский папа Георгий Третий.

Если объявится какой-нибудь безумец и соберет большую армию, во что никто не верил, мы прискачем на помощь мажордому всех франков.

Приближалась зима, поэтому двигались быстро. Обоза у нас не было, только вьючные лошади, нагруженные съестными припасами и ценной и компактной добычей. Все дешевое и громоздкое было продано в Лионе.