Букет для будущей вдовы

О, Господи! тоскливый, протяжный стон вырвался из моего горла. - Понятно. Теперь все понятно. Но как раз теперь это и не имеет смысла... Это было важно тогда, когда мы ещё не знали об отравлении... Я же представила себя на её месте. Представила, как играла бы эту роль и попыталась оправдать для себя её поступки. Если я, допустим, нежно люблю мужа, и он вдруг умирает, то с моей беременностью должно произойти что-то совсем уж критическое, чтобы я побежала в больницу! Не до того! Ты, понимаешь, не до того!.

. А если я не любила мужа и счастлива от того, что он умер, то, тем более, не поскачу в консультацию сразу. Хотя бы ради того, чтобы не вызвать подозрений. Это же так логично, так просто!

- Похоже, ты будешь очень предусмотрительной, здравомыслящей женой, вставил Митрошкин.

- Слушай, я тебя по-человечески прошу: отстань! Соображай дальше! Акушерка говорила, что Найденова никогда не была беременна. Ни-ког-да! Если бы она наблюдалась по беременности, хотя бы один раз пришла на прием с такой проблемой, это непременно отразилось бы в карточке.

Во всяком случае, акушерка бы знала. А Тамара приходит в консультацию, и её доктор объясняет недоумевающей медсестре, что пациентка тревожится по поводу беременности. А кто её доктор? Борис Андреевич Протопопов! Третья жертва серийного убийцы!.. Тамара идет в консультацию, потому что это - самый легальный и не вызывающий подозрений способ встретиться! Пациентка просто приходит к своему доктору. Кто бы стал потом сверять числа? Это просто счастье - для нас, разумеется, не для неё - что в той же гинекологии тогда оказалась медсестра из терапевтического корпуса!. . Акушерка говорила, что он психолог ""от Бога""! Очень, очень, очень хороший психолог. Он - мозг всего этого. Ты, понимаешь, Леха? Протопопов понял, чего хочет от жизни его пациентка Тамара Найденова и в завуалированной форме ей это предложил. Он нашел Большакова, который мог осуществить задуманное, который нуждался в деньгах на покупку квартиры и который, вероятно, не отличался слишком высокими моральными принципами. Он их свел! Он все это организовал! Он, наверняка, тоже получил очень большие деньги!

Я закончила, помотала головой и устало опустилась на пол, скрестив ноги по-турецки. От такой длинной импровизированной, но, главное, эффектной речи у меня даже закружилась голова. Однако, Митрошкин почему-то не спешил восторгаться. Он посмотрел на меня как-то странно и тихо спросил:

- Ну?..