Букет для будущей вдовы

- И, значит, если окажется, что алиби у Шайдюка нет, то я просто как последний стукач пойду и заложу его милиции? В точности как хотелось его жене?

- Во-первых, что значит ""как хотелось его жене""?! Мы не можем быть уверены в том, что письма нет! А во-вторых, что это ещё за слово ""заложу""?

- Ну понимаешь, он ко мне так хорошо относился. Издевался, конечно, прикалывался, но это у него просто стиль такой. А, вообще, он, на самом деле, мужик нормальный, веселый... И тут я, как последняя свинья!

- А если он - убийца?!

- А если у него были причины?

- О! Докатились! Здорово! - Митрошкин упер обе руки в широко расставленные колени и близко придвинул ко мне свое лицо с крупными, напрочь лишенными утонченного изящества чертами.

- Не ты ли не так давно говорила, что для убийства не может быть достаточно веских причин? Что ни одному человеку не дано право решать, кому жить, а кому умереть? Говорила или нет?

- Ну, говорила...

В принципе, не хочешь, можешь никому ничего не рассказывать: копи себе секреты, как фарфоровая хрюшка пятачки! И про бутылку молчи, и про Шайдюка.

.. Накопишься до того, что тебя из-за этих секретов и грохнут. Ты, Женя, одного никак не можешь понять: к этой ситуации пословица ""Попал в дерьмо - сиди и не чирикай!"" не подходит!

- Да с чего ты взял, что я собираюсь сидеть, сложа ручки?

Он посмотрел на меня сначала просто странно, потом подозрительно, а потом в отчаянии схватился обеими руками за голову.

- Я понял! - Простонал Леха.

- Я давно должен был понять. Какой же я дурак! И, главное, ещё сижу, как последний идиот, и предлагаю тебе убедиться в том, что у Шайдюка нет алиби! А ты, оказывается, уже давным-давно решила ввязаться в это дело? Ты просто не собираешься пока ничего говорить милиции, так? Ты опять начинаешь свое дурацкое независимое расследование?

- Почему ""дурацкое""? - обиделась я. - И, во-первых, никакое не расследование. Просто хочу кое-что для себя прояснить.

В конце концов, мне же тоже может быть обидно! Следователь чуть ли не подписку о невыезде берет, эта стервоза в шантаже обвиняет, а я должна улыбаться, как идиотка, и всем все прощать... Надо просто узнать, была ли у Анатолия Львовича возможность убить Галину Александровну и была ли причина.

- Мотив, - Митрошкин тяжко вздохнул.

- Чего ""мотив""?

- Мотив убийства... Если уж ты лезешь в следователи, то, по крайней мере, выражайся грамотно.