Бульдог. Хватка

И потом, даже вот эти два аппарата всего лишь прототипы, какими бы совершенными они ни казались. Поэтому мастера получили приказ изготовить еще два аппарата. Туманову же будет поручено подобрать нескольких человек на роль телеграфистов."

"Император решил связать телеграфом Летний, Петергофский и Аничков дворцы, а также резиденцию Канцелярии государственной безопасности. Хм. Пожалуй, все же пять. Еще один аппарат поставят в Кронштадте. В свете назревающих событий совсем даже не помешает. Как ни крути, а база Балтийского флота является воротами столицы.

Пока русский телеграф будет существовать в таком виде, а как оно сложится дальше – покажет время.

– Здравия тебе, государь, – степенно поклонившись, поприветствовал императора вошедший без доклада Туманов.

Что же, имеет право. Вот только вид у него такой, что Петр поспешил выпроводить своих научных подвижников и внимательно посмотрел на главу КГБ. Тот старался не докучать императору своим обществом, предпочитая не сваливать проблемы на своего коронованного зятя, а решать их.

И, надо признать, Петру это нравилось. Так что если Туманов прибыл во дворец без вызова, на то были веские основания. И это не могло не насторожить.

– Говори, – устроившись в кресле и сложив пальцы перед собой домиком, приказал Петр.

– Два дня назад, двадцать девятого августа, Фридрих без объявления войны вторгся в Саксонию, – доложил князь.

На то, чтобы доставить вести от посла в Берлине, гонцу в лучшем случае потребовалось бы десять дней. Для самого скоростного посыльного судна, а это без ложной скромности мог быть только русский корабль, четверо суток.

Однако Туманов говорил о двух сутках, но заслуги его ведомства, не сумевшего загодя установить час наступления, тут никакой. Вот если бы они заблаговременно выведали о намерениях Фридриха, тогда другое дело. А так глава Канцелярии докладывал об уже свершившемся факте.

Разумеется, о готовящемся ударе им было известно, и сведения поступали с завидной регулярностью. Но конкретный день и час хранились в тайне.

Нужно отдать должное Фридриху, он был способен действовать сколь решительно, столь же и стремительно. Точно так же внезапно его войска могли прийти в синхронное движение, действуя четко и слаженно.

Столь скорая доставка сведений стала возможна благодаря введенной уже лет пять назад линии гелиографа. Всего их было пока четыре. От Петербурга они протянулись до Риги, Москвы, через Киев до Петрополя в Крыму и до Екатеринбурга.