Малышка устала и уже не была такой довольной вниманием многочисленной родни Максима, как в начале вечера.
– Сейчас поедем, – обнял меня за плечи… муж. Хоть и фиктивный. Как же всё это странно!
– Мам, может, останетесь? Мы всё равно уезжаем только через два дня.
– Ты же знаешь Славу, дорогой. Ей не терпится завтра же начать разбираться с завещанием деда.
– Но мы ведь еще не получили свидетельство, – недоуменно вмешалась я.
– Вообще-то, получили, – хмыкнул Максим.
– Но как? Хотя зачем я спрашиваю, – покачала я головой, в очередной раз понимая, что деньги решают многие вопросы.
– Водитель отвезет вас в аэропорт. Спасибо, мам, – обнял он мою… свекровь. – За всё.
– Пожалуйста, дорогой, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – шепнула она сыну, но я прекрасно расслышала ее слова. Интересно, о чем это она?
Максим
– Ты была такая красивая сегодня, малышка. Почти такая же ослепительная, как твоя мама, но, так как она была невестой, отдадим первенство этого дня ей, – шептал я, играясь с пухлыми ручками своей девочки.
Даша ушла в душ, а я улегся с Булочкой на кровать, воркуя над уставшей малышкой.
– Ля-я-я! – довольно раскинулась она после кормления, в своем красивом платьице, которое мне было жалко с нее снимать.
– Но снять придется, да? Где там наша красивая розовая пижамка? – радуясь, что Булочка не плачет и ведет себя смирно, я достал из комода пижаму и быстренько ее переодел. – Красивая девочка, – прижал я ее к себе, вдыхая детский запах. – Папочка так тебя любит…
– Агу… – положила она головку мне на плечо, прикрывая глазки.
– Устала, моя прелесть, – начал укачивать я ее. Сегодня был просто сумасшедший день. Но один из лучших в моей жизни. Я весь вечер не мог оторвать глаз от Даши. До чего же она была хороша в новом платье, такая нежная и невесомая, что мне хотелось спрятать ее от всех и любоваться самому. Вот таким я стал собственником.
– Ой, уже уснула? – подходя к нам, спросила Даша. Девушка смыла макияж и снова стала самой собой, но привлекательности ей это не убавило.
– Батарейки сели, – улыбнулся я.
– Мои кажется, тоже сели, – прикрывая рот ладошкой, зевнула она.
– Давай ложись, – кивнул я на кровать, подходя сам и аккуратно опуская Булочку на середину. – Пойду приму душ, – выпрямляясь, сказал я, наблюдая за тем, как Даша, не став спорить и уходить к себе, ложится рядом с дочкой и сворачивается калачиком.
– Я больше никогда не выйду замуж, – пробормотала она, уже уплывая в царство снов.
