Он пальцем очертил нижнюю и слегка нажал, словно хотел попасть вглубь моего рта, но я не пустила, сжав губы и отвернув голову.
– Максим, нет, – начала я протестовать, ерзая на его коленях, и ощутила выпуклость на брюках, которую было невозможно истолковать иначе, чем его возбуждение. Покраснев до кончиков ушей, я замерла.
Неужели он… Нет, я даже в мыслях не могла это озвучить. От волнения язык не поворачивался во рту."
"– Между нами что-то происходит, это очевидно, – продолжал он говорить, поглаживая меня кончиками пальцев по шее, щеке, уголку губ, и от его касаний по телу распространялся ток.
Я уже была не способна себя контролировать, и казалось, что не слышу половину слов. – Даша, ты чудесная мама, очень добрая и хорошая девушка, о лучшей жене я не мог бы и мечтать.
– Зачем ты это говоришь? – прошептала я, смутившись.
– Потому что это правда. Чем больше я узнаю тебя, тем лучше понимаю, что никакая другая не сравнится с тобой.
Ты мне очень нравишься, и вижу, что мои чувства взаимны, поэтому я хочу, чтобы наш брак стал настоящим.
– Максим, нет! – испугалась я, завертев головой. – Зачем настоящим? Ты… Я думаю, что ты перепутал что-то, не так понял свои чувства. Ты, наверное, хочешь, чтобы твой ребенок был счастлив, и боишься, что я уйду, если ты женишься на ком-то, и я это понимаю. Но ты не должен быть со мной лишь потому, что я забочусь о Булочке.
– Ты думаешь, что я только поэтому хочу быть с тобой?
– Я думаю, что ты сам не понимаешь и подменяешь одно чувство другим, – чувствуя непонятную грусть, прошептала я.
Не мог он видеть во мне то, что говорил.
– А ты что, знаток, Даш? – ответил он усмешкой на мои размышления. – Ты еще такая наивная и не разбираешься во всем. Я прекрасно знаю, что чувствую. Я хочу быть с тобой по-настоящему не ради ребенка, а ради нас с тобой. Позволь мне показать тебе, что всё реально, – сказал он, склоняясь ниже и прижимаясь своими губами к моим.
Теплое дыхание обожгло мои губы, а на языке почувствовался вкус кофе с оттенком миндального пирожного, которое он недавно ел. Он просто подчинял меня каждым властным движением, и я даже не поняла, как сама же и накинулась на него, жадно отвечая на поцелуй. Было так сладко подчиняться и одновременно брать верх. Максим словно сдавался мне и тут же брал под свой контроль, доминируя и направляя.
