Бумажные крылья

Но в нашем маленьком городке цивилизация являлась таковой выборочно. И если в центре были современные многоэтажные здания, офисы и торговый центр, то в периферии по-прежнему царили семидесятые.

– Девушка, мне нужно узнать насчет пациента.

Бросила на меня взгляд полный раздражения и вернулась к разговору.

– Девушка! – я постучала в стекло, – вы меня слышите?

– У меня перерыв! – рыкнула и продолжила разговаривать.

Я посмотрела на часы работы и снова назойливо постучала.

– Ваш перерыв начнется в час дня, но я могу уточнить у главврача.

– Уточняйте – он в отпуске.

Вот дрянь. Я полезла в сумочку и достала деньги, свернула купюру пополам и просунула под стекло.

– Помогите мне, пожалуйста.

Брови девушки взлетели вверх, она тут же выключила сотовый и спрятала деньги под журнал.

– Я вас слушаю. Простите, был важный разговор. Как зовут пациента?

Черт. Я знала только имя, у меня не было даже даты его поступления в больницу и возраста.

– Вы понимаете, это... это один парень, я не знаю фамилию. Знаю только имя Вадим.

Он попал в аварию. На вид года двадцать два или двадцать три.

– Ааа, я знаю, о ком вы говорите. У нас об этом случае все отделение говорит. Очень тяжелый случай, очень. Такой молоденький мальчик, и вот так. Жалко очень. А вы родственница, да?

– Нет... то есть да, очень дальняя.

Теперь меня смерили взглядом полным любопытства. Но, видимо, на этом этапе оно и испарилось.

– В травматологии он, в хирургическом отделении. На втором этаже. Двадцать шестая палата. Обход сегодня позже будет, его врач задерживается.

Посещения, – она посмотрела на свой сотовый, – а посещения уже окончены. Завтра приходите.

Да сейчас – завтра. Мне Тасю сейчас нужно забрать. Еще один день я ждать не буду. Я еще ни о чем не думала. Так устроены люди, они либо фантазируют и сводят себя с ума сами, либо находятся в полной прострации, так было и со мной. Я вообще не понимала, ни что происходит, ни что я здесь делаю. Пока поднималась по ступенькам, почему-то думала о том, что точно такие же ступени были в том роддоме, где я рожала Тасю.

А еще почему-то вспомнилось, как Вадим взбирался на здание словно дикая кошка. Такие долго в постели не валяются. Зарастет и пойдет дальше скакать.

Палату я нашла сразу, толкнула дверь, и тут же мне в объятия бросилась Тася. Я стиснула ее так сильно, что, кажется, заломило руки. Моя девочка... все в порядке с ней. Ничего, и правда, не случилось.

– Мамочка... мама, прости меня, пожалуйста, я такая дура, такая идиотка.