Первая категория четко и ясно дает всем понять: «Я – звезда, а ты – грязь под моими ногами». Ее представители славятся скандалами, истериками и хамством по отношению к прессе, коллегам и зрителям. Вторая категория – милые, скромные, вежливые люди, ведут себя тихо, интеллигентно, не отказываются фотографироваться с поклонниками, раздают автографы и милы с прессой. Но внутри у них бушует злость к окружающим. Прибавьте сюда беспредельно раздутое самомнение и твердую уверенность: «Я – небожитель, царь, король, остальные – пыль на дороге».
Чем вторая категория отличается от первой? Умением держать себя в ежовых рукавицах и тщательно и умно выстроенным имиджем народного любимца. На мой взгляд, вторая разновидность нарциссов намного злее и опаснее первой. С теми, кто орет и ругается, все понятно. А вот те, кто мило улыбается, могут исподтишка, нежно и тихо таких гадостей наделать! И очень часто «скромные и вежливые» злопамятны, готовы отомстить тому, кто их обидел. Причем такая личность способна ждать десятилетиями, чтобы выполнить задуманное.
Иногда второй вариант не знает о том, что его обидели, и вдруг, спустя прорву лет, выясняет случайно правду. Вот тогда тушите свет! Нарцисс закусит удила и пустится во все тяжкие, ни перед чем не остановится, но накажет того, кто посмел сделать ему нечто неприятное."
"– Похоже, Николай – тот самый второй тип, – вздохнула я. – Он не общался с Карелией, она его не интересовала, не искал встреч с Кириллом, но исправно отправлял деньги. А когда узнал, как госпожа Ломоносова распоряжалась ими, захотел отомстить ей.
Мог нанять людей, ищеек, которые занимаются поиском компромата.
– В творческой биографии Карелии есть несколько странных эпизодов, – продолжил Димон. – Несколько раз она делала перерыв в работе, по полгода ее никто нигде не видел. А потом актриса вновь выходила на сцену или становилась перед камерой. Вообще-то, она трудоголик, могла одновременно участвовать в спектаклях и съемках, да еще ездить на гастроли. И, что интересно, после нескольких месяцев затворничества женщина разительно преображалась.
Языки сплетников покрывались мозолями. Только ленивый не обсуждал внешний вид дамы, ведь перед тем, как на время исчезнуть, она не очень хорошо выглядела. Карелия немного поправлялась, набирала пару лишних килограммов, и парадоксальным образом на ее лице появлялись морщины. «Наша „вечно молодая“ стареет», – ехидничали актрисы. Но потом в театр возвращалась стройная веселая девушка.
