Вместо этого я смотрю на Рэна, когда он пожимает плечами, его пристальный взгляд обжигает мою кожу, как клеймо, когда он отступает по коридору. Карина ждет, пока он не окажется вне пределов слышимости, прежде чем сказать что-нибудь еще.
— Наглый придурок, — бубнит она. — Я чертовски ненавижу этого парня. Я скорее заболею герпесом, чем проведу еще одну минуту в этой школе с ним, бродящим по коридорам, будто он хозяин этого гребаного места.
Я фыркаю в безмолвном смехе, шлепая разбитый телефон о ладонь и скорбно съеживаюсь, когда крошечные осколки стекла дождем падают на пол у моих ног.
— Герпес? Вау. Ты должно быть действительно ненавидишь его.
Карина хмурится. Она берет меня за рукав свитера и тянет к нашему научному классу, как раз когда звонок объявляет о нашем опоздании.
— Ты даже не представляешь, Стиллуотер. Ты даже, бл*дь, не представляешь.
— Эм... привет. Хм…
Я отрываю взгляд от своей овощной пасты песто, угрюмый и враждебный. Должно быть, я и выгляжу враждебно, когда размахиваю вилкой, словно это орудие убийства, и собираюсь вонзить ее в шею ничего не подозревающего прохожего.
Бледный парень с серыми глазами, стоящий по другую сторону стола, вздрагивает, когда наши взгляды встречаются. Кажется, он становится еще бледнее по мере того, как тикают секунды, а мы оба молчим. Бедный парень. Если бы я не была в таком чудовищно плохом настроении, то могла бы посочувствовать ему из-за его неловкости. Мое настроение такое, какое есть, и мне его не жаль. Он сам с собой это сделал.
Я излучаю какую-то ослепительно негативную энергию, а он принял решение прийти сюда и побеспокоить меня. Если он получит ожоги второй степени от моего испепеляющего взгляда, то это его вина.
— Меня… меня зовут... Том. Том Петров. Так меня зовут. И я просто… — он надувает щеки, быстро моргает и качает головой. Я замечаю, что у него разбита губа. Выглядит как свежая рана. Восстановив равновесие, он делает шаг вперед и протягивает руку. — Меня зовут Том. Рад э-э.
., наконец, познакомиться. Я просто пришел представиться и предложить свои услуги.
Я освобождаю его от своего пристального взгляда, накалывая кусок недоваренной моркови на вилку, отрывая его от зубцов передними зубами. Том подпрыгивает, когда я откусываю кусочек, и морковка громко хрустит.
— У меня сегодня плохой день, Том. Я, вероятно, не буду пользоваться услугами, которые ты так любезно предлагаешь."
"— О, неужели? — Он возится, ковыряясь в ногтях.
