Бунт османской Золушки
1 прочтение
– Надеюсь, мои покои все еще свободны? Ведь я Наставник Повелителя, мюдеррис в медресе Сулеймание и кади Галаты. Сиятельная валиде все еще нуждается в моих советах? – вкрадчиво спросил он.
Кёсем-султан через силу нагнула гордую и все еще красивую голову:
– Во дворце Топкапы вам рады, Джинджи-ходжа.
Когда колдун ушел, она резко повернулась к дверям султанских покоев:
И тут же из спальни раздался надтреснутый голос Повелителя:
Валиде отступила. Сегодня для нее был плохой день.
– Принеси мне воды, Исмаил, – хрипло сказал султан.
Он долго и жадно пил, потом ичоглан аккуратно и нежно промокнул мягкой душистой тканью щеки и бороду султана.
– Какие приказания будут у моего повелителя?
– Прикажете позвать Турхан-султан?
– Нет! Не ее! Она совсем помешалась на сыне! Только и говорит, что о мальчишке! Не будь он еще щенком, я приказал бы его задушить.
– Позови наложницу. Девственницу.
– Прикажете, чтобы ее выбрала валиде?
– Мне запрещено входить в гарем, о великий султан, – низко склонился паж.
– Да, я вспомнил… Кизляр-ага пусть выберет девушку и велит ее подготовить.
– Как прикажет повелитель, – ичоглан поклонился еще ниже и стал пятиться к дверям.
– Стой! – велел ему Ибрагим.
– Иди сюда, – позвал его султан. Исмаил осторожно приблизился. Он увидел, что зрачки у повелителя расширены, отчего глаза его кажутся бездонными, как ледяные колодцы. Это действовал наркотик. Исмаил невольно почувствовал, как от страха леденеют руки. – У тебя красивое лицо. И голос приятный. Скажи, ты уже был с женщиной?
– Нет, повелитель. Я служу своему султану день и ночь.
– Сколько девушек наверняка об этом пожалели, – насмешливо сказал Ибрагим.
