На автомате я провела рукой по затылку, стараясь не подавать виду, что чувствую дискомфорт.
Почему он не сводит с меня глаз?"
"Андрей смотрел исподлобья, будто пытался разгадать загадку философского камня. Я не могла прочитать ничего по его лицу, разве что разгорающийся интерес к моей персоне. Люди проходили мимо, разговоры пролетали эхом, но мне казалось, что в холле никого, кроме меня и этого странного парня.
А потом его губы стали медленно растягиваться в улыбке. Он что-то шепнул ими, что-то явно относящееся ко мне.
По телу побежали мурашки, но я почему-то не смогла отвести глаз, продолжая взирать на этого парня. В нем было нечто пугающее и одновременно манящее.
Я летела на огонь, осознанно обжигая кожу.
Неожиданно чье-то плечо задело меня, вырывая из пьянящих оков. Из рук выпал учебник по литературе, с грохотом упав на пол. Я села на корточки, потянулась к книге, растерянно разглядывая пол перед собой. Но кто-то словно дернул, заставил поднять голову, и я последовала внутреннему зову.
Дан…
Мы зацепились взглядами меньше, чем на секунду. И я едва не задохнулась в этот момент, казалось, кислород превратился в стеклянную пыль, которую невозможно вдохнуть. Новиков резко отвернулся.
Неужели ему действительно плевать на меня?
Не сказав ни слова, он засунул руки в карманы прямых черных брюк и вальяжной походкой направился прямо к Андрею. А потом парни скрылись в многочисленных коридорах академии. Я же так и осталась пребывать в своих мыслях, кружащих сумасшедшей каруселью в голове.
Глава 8. Арина
Начался урок физкультуры, на который я снова умудрилась опоздать. И неудивительно, ведь в академии, среди загадочных студентов и пронизывающих до костей взглядов, собраться с мыслями было чем-то невозможным. Я будто пребывала в подводном куполе, в крике просила разъяснений и разбивала кулаки о стеклянную гладь, а вокруг лишь хищно сновали акулы. Голодные и опасные, готовые в ту же секунду расправиться с жертвой.
Жертва…
Всё чаще колкое понятие приходило на ум.
Возвращаясь к фотокарточке Амелии, где та полна энергии, буквально светится от счастья, я невольно примеряла на неё трагичную судьбу и без конца задавалась негласным вопросом: «Что с тобой произошло?». Будто в сговоре все избегали излишних расспросов, содрогаясь от одного лишь её имени. Но порой молчание красноречивее любого крика.
Оказавшись в душной раздевалке, я с грустью поняла, что снова отличусь перед группой.
