– Ты совсем уже! – крикнула я, сжимая руки в кулаки.
– Вот он, – на выдохе произнес Дан.
– Убирайся! – прорычала, едва сдерживаясь, чтобы не накинуться на него прямо сейчас. В голове так и звучало набатом – предатель.
– Что? – Новиков поднялся, держа в руках браслет Амелии. Он до сих пор был в черной парке, в той самой, в которой издевался над учителем.
– Убирайся отсюда!
– Ты серьезно? – его брови изогнулись в удивлении. Что ж, я была удивлена не меньше. Выходит, борьба за справедливость заканчивается, когда на сцену выходит более сильный игрок.
– Ты оглох? Убирайся! – крикнула, замахнувшись рукой. Мне хотелось дать ему пощечину, хотелось бить по груди и плечам, пока все внутри не перестанет клокотать от горечи и гнева, что раздирали сердце. Однако Новиков, поймав меня за кисть, не дал возможности ударить. Его пальцы крепко сжали мою руку, а глаза прожигали насквозь, словно Дан в эту минуту и сам себя ненавидел.
– Почему ты меня не послушала? – прошептал он, не размыкая губ.
– А почему ты стоял там и наблюдал за Лесей? Почему ты вместе со всеми издевался над учителем? Что это было?
– Игра, мать твою, это была игра, Арина!
– Игра? – мне сделалось смешно, хотя это больше походило на истерику.
– Весело было? Полезно?
– Егор прокололся, так что да, это было полезно.
– Что? – я дернулась, и Новиков, наконец, отпустил меня.
– Послушай, все, что я делаю, имеет определенную цель. Мне нужно было стать частью братства, заслужить доверие, чтобы собрать необходимые доказательства.
И если бы я сегодня поступил иначе, Егор бы не обмолвился о том, что вся информация на Амелию до сих пор не уничтожена: она хранится в ее комнате.
– Что ты имеешь в виду? – я перевела взгляд на браслет, который сжимал в руке Новиков, но мысли не складывались в единую картинку.
Даня вздохнул и, кажется, смягчился:
– Егор тоже не дурак, он подстраховал себя – сохранил данные на флэшку. Собственно, вот она, – Дан разорвал лямки браслета и из основания, на котором было выгравировано имя девушки, показался USB-разъем.
– Доказательства, что Рогов подсадил Амелию на наркоту, хранились на самом видном месте.
– Если это так, мы можем пойти прямо сейчас в полицию! – прошептала я воинственно.
– Нет, не можем, – отрезал Даниил. Он оглянулся так, словно переживал, что кто-то может подслушивать за дверью. – Этим мы лишь обнародуем кормушку, но не закроем ее.
– И ты знаешь, как ее закрыть?
– Да, – прошептал Новиков, опять оглянувшись.
