Бунтари не попадают в рай
8 прочтений
Мышцы все еще трясутся в неконтролируемом треморе, а легкие по-прежнему горят, но темная пелена усталости, застилающая взор, потихоньку рассеивается. Постепенно я прихожу в чувства, и чуть не настигшая меня смерть нехотя пятится назад.
– Ась, ты как? – хриплю я, подняв голову.
Она лежит у самой кромки воды. Мокрая, грязная, с прилипшими к лицу волосами, но, несомненно, живая. Ее грудная клетка высоко вздымается, а изо рта доносятся сдавленные не то стоны, не то всхлипы.
– Ты в порядке? – подползаю к ней на четвереньках и заглядываю в лицо.
Мне приходится обхватить ворот ее джинсовки и как следует встряхнуть нерадивую утопленницу, чтобы ее пустой взгляд сфокусировался на мне.
– Но-но-нормально, – сильно заикаясь, одними губами отзывается она. – Только хо-холодно…
– Дура! – рычу я, с обидой толкая ее в плечо. – Какая же ты дура, Ася!
Негативные эмоции, заглушенные необходимостью действовать, наконец вылезают наружу. Теперь, когда мы в безопасности, помимо стремительно гаснущего облегчения, я ощущаю еще и бешеную ярость, которая буквально лишает меня рассудка.
– Какого хрена, Романова? А? – дыхание все еще не восстановилось, но кричу я так громко, что чувствую натянувшиеся на шее жилы. – Я спрашиваю, какого хрена ты творишь?!
– П-прости, Глеб… – раздается жалобное.
– Прости, Глеб?! Ты, мать твою, издеваешься?! Ты чуть не потонула! И меня чуть за собой не потащила! Думаешь, после такого достаточно простого «прости»?!
У меня, как и у Аси, зуб на зуб не попадает, но, очевидно, из-за адреналина я почти не чувствую холода.
– Глеб, я… – она с трудом приподнимается на локтях и прискорбно закусывает дрожащую губу. – Я не хотела тебя топить…
А-а-а! Как же она меня злит! Прямо придушить готов! Дура! Дура! Дура!
– Какая моча тебе в голову ударила? Зачем ты прыгнула? – спрашиваю я, сверля ее требовательным взглядом.
Несколько мгновений она затравленно глядит на меня, а затем, шумно сглотнув, выдает:
– Из-за меня? – повторяю отупело.
Признаться честно, такого ответа я никак не ожидал.
– Да! – у Аси неожиданно прорезается голос. Звонкий и пронзительный. – Из-за тебя, Глеб! Ты причина моего счастья и моих страданий! – она рывком садится и устремляет в меня вспыхнувший негодованием взор.
