Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

Я огляделась и действительно только сейчас поняла, что участники собрались в полном составе. А ведь не был объявлен список выбывших…

— После долгих споров, — он взглянул недовольно на ректора ливрейской академии, — было принято решение определить сильнейших по этому испытанию. От каждой команды останется только три участника. Вы больше не союзники, каждый сам за себя.

Его слова были подобны грому среди ясного неба. Я растерянно посмотрела на помрачневшего Кая. Тигр поджал чувственные губы. Льдистые глаза блеснули упрямством.

Задумал мне помочь? Ему бы о себе думать. Отец… он всё равно не даст мне остаться.

Ректор Аркон эффектно поднял руки над головой и резко их опустил. И туман над полосой препятствий рассеялся. Нашим взорам предстала просто огромная платформа идеальной круглой формы с горой в центре, на вершине которой сиял голубой фонарь. Более того, полоса оказалась заключена в сферу искажения пространства. Значит, внутри она ещё больше. Сама платформа могла похвастаться сотней способов избавить адептов от жизни.

Чего тут только не было: болота, озёра, джунгли, даже ледяные зоны. Казалось бы и этого достаточно, но платформа вдруг пришла в движение. Гора осталась недвижима, а сегменты полосы препятствий со скрежетом переместились в стороны, поменяв расположение. Наверное, сверху конструкция напоминала часы без стрелок с круговыми циферблатами, находящимися в движении. Весело… Бежишь ты такой, собираешься нырнуть в озеро, а тут «бац» и падаешь в болото или рассекаешь голову об лёд…

— Магические плетения и артефакты запрещены.

Можно использовать только чистую стихию без направляющих, в твёрдой форме, — закончил ректор. — Участники, занимайте стартовые знаки.

— Каждый думает о себе, — шепнула я Каю, прежде чем в два прыжка достигнуть вычерченного на земле плетения.

Огонь в груди воспылал особенно ярко. Я вся горела в предвкушении. Как же волнительно!

В первое мгновение после перемещения мне показалось, что произошла ошибка или вообще похищение. Я очутилась по центру пустынного поля.

Впереди высились скелеты деревьев. Но следом взгляд различил километров в пяти от места, где я стояла, гору. А обернувшись, я увидела сквозь серебристое марево сферы искажения трибуны, полные зрителей.

Раздался гудок, следом второй. Над горой засветились цифры, отсчитывающие секунды до начала. Заозиравшись, я убедилась в том, что других участников не видно. Скорее всего нас распределили по краю платформы. Чтобы встретиться, придётся бежать вдоль неё, а не к горе.