Бунтарка в академии. Турнир Четырёх Стихий

Да, путы совсем не ощущались, но стоило предпринять попытку подняться, затягивались, будто силки, отбивая всякое желание бежать и вообще шевелиться.

Эмани закусила губу.

«Проклятье!.. ничего не видно…» — подумала она сокрушённо, пытаясь обратиться к внутренней сущности: звериному зрению темнота не помеха, но тигрица… спала. Что-то заставило её уйти на глубину.

— Дважды проклятье, — вслух вздохнула Эмани, в безнадёжной попытке дёрнув рукой.

Они ворвались ночью. Обойдя защиту академии, обойдя защиту, выставленную отцом и братом.

Чёрные эластичные маски скрывали лица, и одежда из того же материала, скрадывала тела. Они были похожи на тени. На молниеносные, безжалостные тени. Гибкие, проворные, бесчувственные.

Эмани сопротивлялась. Обратилась к стихии, заморозив половину комнаты, но так и не попав по проклятым теням. Призвала зверя, надеясь обернуться и выпрыгнуть в окно, но угодила в аркан…

Перемещение из академии в это место прошло незаметно и быстро. Эмани даже не успела ничего понять. Да, кричала, но никто не услышал.

Закрались подозрения, что похитители и об этом позаботились. Ну хоть вреда не причинили, действовали аккуратно, будто по приказу — не допустить и царапинки.

В помещение скользнула полоска света, а следом одна за другой вспыхнули настенные сферы, вынуждая поморщиться.

Мрак рассеивался, угадывались очертания скудной мебели, серых шершавых стен. Сыро. Холодно. Эмани поёжилась, желая обхватить плечи руками, но путы… чтоб их!..

В поле зрения показались ноги. Мужские лаковые туфли, брюки со стрелками, при одном только взгляде на которые уже можно было порезаться.

А если поднять взгляд выше… Эмани ахнула, отпрянув к бархатной спинке софы, на которой сидела в неудобной позе.

— Вы-ы?! — удивления скрыть не удалось.

Она ожидала увидеть кого угодно: безобразных наёмников, ненавистных эльфов, да самого Императора!.. Но никак не могла представить, что ей предстанет отец её любимого. Глава клана Красного Дракона Шиар ди Драг.

— Но зачем?! Для чего?! — удивление сменилось гневом.

Дракон выставил ладонь. Сухое, словно высеченное из гранита лицо оставалось невозмутимым. Нечитаемым.

— Не стоит набрасываться с обвинениями, юная леди, когда на собственных плечах лежит вина.

— Да какая ещё вина?! — опешила Эмани, дёрнувшись. — Вы понимаете, кого похитили?.. Отец будет в ярости, — пробормотала себе под нос.

Дракон совершил плавный шаг, вынуждая внутренне напрячься.

— Твой клан, девонька, забрал у меня сына. И всё, что мне нужно — это вернуть его.