Буря Жнеца. Том 1

Дракон обернулся, снова взглянув на Удинааса:

– В обмен на этого?

– Да.

– Хорошо, забирай его. Но не наше дитя.

Теперь рассмеялся Странник:

– Когда ты последний раз видела свое дитя, Менандор?

– О чем ты?

– Вот о чем. Он уже вырос. У него своя голова на плечах. А не твоя, Менандор. Я предупредил тебя и даже ничего не требую взамен. Старшие боги, милая, случается, знают и милосердие.

Она фыркнула – порыв злой энергии:"

"– Я слыхала об этом. Милая сказка, лакомство, которое ты скармливаешь своим голодным, жалким почитателям.

Этот человек, отец моего ребенка, подведет тебя. Т’орруд Сегул… В нем нет веры. Сочувствие внутри него – словно сурикрыса в яме со львами – скачет так, что уследить невозможно, все время на грани погибели. Он слишком долго играл с этим, Странник. Его ты не поймаешь, не застолбишь, не привяжешь к своему делу. – Она снова рассмеялась жестоким смехом. – Я забрала у него больше, чем ты думаешь.

Включая, сука, мой страх перед тобой.

– Думаешь, можешь отказаться от меня, Менандор?

Глаза полыхнули то ли весельем, то ли презрением – а может, и тем, и другим.

– Ну скажи, Удинаас, давай послушаем твои крутые претензии.

– Вы оба думаете, что вызвали меня сюда, правда? Для вашей тупой борьбы. Но правда в том, что это я вызвал вас обоих.

– Ты свихнулся…

– Может быть, Менандор. Но это мой сон. Не твой. Не его. Мой.

– Ты дурак. – Она сплюнула. – Только посмей нас прогнать.

Удинаас открыл глаза, уставился в холодное, ясное небо и позволил себе улыбнуться. Мой сон – ваш кошмар.

Он плотнее завернулся в шкуры и шевельнул ногами – проверил, что они не сломаны. Колени плохо гнутся – это нормально, после того как столько карабкались по камням и льду, – зато сам теплый и живой.

– Все в порядке, – прошептал он.

– Хорошо, – сказала Кубышка.

Удинаас повернулся и поднял глаза. Кубышка сидела рядом.

– Почему ты не спишь? – строго спросил он.

– Я сплю. И ты тоже. Тот храм – он рухнул. После того как ты ушел.

– Надеюсь, он придавил Странника.

– Нет. Ты уже отправил его прочь.

И ее.

– Но не тебя.

– Нет. Ты не знал, что я там.

– Ясно, значит, я еще сплю. Что тебе надо?

– Этот храм не мог вместить столько душ. Столько горя. Он сломался и поэтому рухнул. Это ты и должен был увидеть. Чтобы понять, когда все случится. И не печалиться. И быть в состоянии сделать то, чего он ждет от тебя, только не так, как он представляет. Вот и все.

– Хорошо. Теперь ползи отсюда в свой сон, Кубышка.

– Ладно. Только запомни: не плачь сразу.