Буря Жнеца. Том 1

Словно вспоминая былое достоинство, это тело пришло в движение, приподнявшись и сев спиной к углу – оно будто обрело собственную волю, отделившись от Вентралы, от связанных с этим именем разума и духа, от жалкого сознания. Ханнан Мосаг однажды обмолвился, что сила Падшего кормится всем, что есть неидеального и неверного в душе, и это отражается на плоти и костях – важно только уметь радоваться этой силе, даже если она искажает и разрушает сосуд души.

С неожиданной ясностью, приходящей перед лицом смерти, Вентрала вдруг понял: все это ложь.

Боль не нужно приветствовать. Нет радости в саморазрушении.

Хор голосов наполнял череп, становясь все громче. Мечи…

Из коридора послышалось негромкое шарканье, потом дверь со скрипом открылась.

В комнату хлынули ортены, похожие на серую пену в зернистой тьме. Мгновение спустя в проеме возник Белый Ворон. Песня двух мечей заполнила комнату.

Сияющие красные глаза уставились на Вентралу.

Затем тисте анди убрал мечи в ножны, приглушив причитания.

– Расскажи мне о том, кто собирается напасть на меня.

Вентрала моргнул и покачал головой:

– Думаешь, это Ущербный бог собирается бросить вызов тебе, Силкас Руин? Нет, все затеял… Ханнан Мосаг, и только он. Теперь я это понимаю. Вот почему ушла моя сила. Ущербный бог пока не ровня таким, как ты.

Белокожий призрак какое-то время молчал и не шевелился. Потом сказал:

– Если этот Ханнан Мосаг знает мое имя, то знает, что у меня есть повод злиться. На него. На всех тисте эдур, унаследовавших плоды предательства Скабандари.

И все же он меня провоцирует.

– Возможно, Ханнан Мосаг полагал, что радость Ущербного бога от разногласий безмерна.

Силкас Руин склонил голову:

– Как тебя зовут, к’риснан?

Вентрала назвал себя.

– Я позволю тебе жить, – сказал тисте анди, – чтобы ты передал Ханнану Мосагу мои слова. Башня Азатов насылала на меня видения, собственные воспоминания, так что я стал свидетелем многих событий в этом мире – и в других. Скажи Ханнану Мосагу: бог, охваченный болью, – это не то, что бог, одержимый злом.

Одержимость твоего колдуна-короля – его собственная. Но похоже, увы, что он… сбит с толку. Поэтому я милосерден сегодня ночью… Далее, если он продолжит вмешиваться, он узнает степень моего недовольства.

– Я передам твои слова в точности, Силкас Руин.

– И найди себе бога получше, Вентрала. – Он помолчал. – Впрочем, может, именно подобные тебе и создали Ущербного бога. Возможно, без искалеченных, уродливых поклонников он давно исцелился бы.