Нет, он не собирался сидеть здесь и ждать, пока его сожрёт злой дух! Если Таша и Борис его бросили, то ничего уже не поделаешь. Придётся исследовать музей самому.
Глава пятая
Целый день старшие коты и кошки шептались между собой, обсуждая новенького. Пускай Айвен и разрешил Питеру остаться, это не означало, что нельзя о нём сплетничать. И если малыш проходил мимо, изучая свой новый дом, старожилы тихо шипели ему вслед.
Никто не знал, сколько месяцев странному чёрному котёнку. Он оказался гораздо меньше Бориса, но все говорили, что Борис чересчур крупный для своего возраста.
Ростом Питер был скорее с Бьянку или Ташу, но намного более худой, потому что с рождения недоедал. Он умел тихо себя вести, легко прятался за коробками и стопками бумаг, а по коридорам и залам скользил, словно тень.
– Слишком он тихий, – сказала Бьянка тем же вечером, когда на улице начали сгущаться сумерки. Котята втроём сидели в Египетском зале. – Мне это не нравится. Кто знает, что у Питера на уме? Небось вынюхивает, что не следует, да и бродит там, где не положено.
– Или высматривает сокровища музея, – предположил Борис. – Тот полосатый старик нам совсем чужой. Откуда он вообще взялся? Может, они оба – преступники, и Питер ищет, чего бы такого украсть!
Таша промолчала. Ей не хотелось спорить с Бьянкой и Борисом, и она слушала их вполуха. Кошечка чувствовала себя ужасно виноватой, что бросила Питера в Оружейном зале. Ей стоило за ним вернуться. Может, надо его поискать? Извиниться? Или тогда она сделает только хуже?
Вскоре Бьянка решила покрасоваться перед очередным посетителем, а Борис убежал к маме, чтобы уточнить, не наступило ли время ужина.
Вдруг из-за статуи Сехмет, египетской богини с головой львицы, выскочил кто-то маленький и чёрный и быстро скрылся в тени. Таша ахнула, но язык у неё будто отнялся.
Ей следовало что-нибудь сказать. «Не обращай внимания на Бьянку и Бориса… Извини, что оставила тебя у доспехов самурая. Я не хотела. Просто очень испугалась, что нас отругают».
Она ведь искренне пыталась вести себя дружелюбно. Ночью Таша подвинулась, чтобы освободить Питеру место у тёплого маминого бока. Но чёрный котёнок свернулся в клубочек в старой деревянной шкатулке. Таша долго лежала в темноте и смотрела на малыша, переживая, что ему одиноко.
А Питер даже не заметил, что Таша глядит на него из-за пушистого рыжего хвоста Бориса. Он ещё сильнее вжался в маленькую шкатулку, укладываясь поудобнее на истёртой бархатной подкладке.
