Были 90-х. Том 1. Как мы выживали

А при чем тут это?» — «Да я не про то! Вон на верхней полке пятая слева». Пятой слева стояло французское шампанское «Ив Роше». Ну да, «Yves Rocher»!

Поначалу были проблемы с привокзальными бомжами, которые пытались устроить у нас в торговом зале спальню-столовую. С ними я после практики охранником договорился почти без слов — они прытко убрели, словно трухлявые пеньки из фильма «Морозко». Все бы ничего, но у нас продавалась самая перевариваемая и дешевая водка в округе. Вот бездомные горемыки и шли за ней, пихая вонючие пачки мятых цветных фантиков — тогдашних сотен и двухсотенных.

Я как-то сразу не стал принимать от бомжей такие деньги, потому как стыдно их было давать на сдачу другим покупателям. Соответственно, обломал и с водкой. На другой день на разборки от бомжей Казанского вокзала пришел их «маркиз» — еще молодой азиат в зеленом пальто, длинном сером шарфе до пят и шапочке в цвет. Я ему пояснил, что к печальной участи некоторых моих сограждан я отношусь с пониманием, однако грязные и перетертые купюры брать отказываюсь. Шурик хотел и «маркиза» обвинить в антисанитарии, но тот сдержанно предъявил вчерашнюю справку из бани. Договорились на том, что вся продажа пойдет через него, чистюлю, но его дурно пахнущие подданные в наш отдел ни ногой.

Помимо кошерной водки, горячей останкинской колбасы, жвачки и приставок «Денди» мы торговали всякой ерундой для доброго пути, в том числе суперклеем. Как-то раз потребовалось самим немного что-то приклеить, а остатки пошли на новое развлечение — к поверхности кассового столика мы намертво прилепили мелочь.

После смешно было наблюдать, как шикарно разодетые дамы, прикрыв руки сумочкой, пытались отковырнуть жалкие копейки. Перед Новым годом мы и вовсе устроили забаву — приклеили к полу железную сторублевку. Если 400 рублей стоил плотный пакет с ручками, то цена ей нынче была бы рубль. Из простого люда за монетой нагибался далеко не всякий, зато у бомжей та монета отняла покой. Конкурентом им был другой сорт людей — сторублевке, словно отбивая поклоны золотому тельцу, кланялись блондинки в норках. В итоге монету специально обученным совком в момент отколошматили местные бабули-уборщицы.

С ними тоже была история. Утро понедельника отводилось пересменке — заступала другая бригада. Когда удавалось хорошо посчитаться, то нам перепадали премиальные. Заканчивалось мероприятие по передаче активов вызовом бабулек, которые подхалтуривали влажной уборкой помещения.