Бытовая магия от А до Я

— О, боги! Неужели мне в кои-то веки действительно повезло! И давно ты здесь?

Должно быть, я действительно просто устала скрывать все это, и желание выговориться было столь велико, что я даже не подумала отпираться.

— С того момента, как родился ребенок. Я была в школе на уроке, а потом словно канал в телевизоре переключили, — я щелкнула пальцами. — Раз, и я уже тут. Не поняла, что произошло. Но… сам понимаешь, думать там было некогда. Нужно было… действовать.

Он закашлялся, должно быть, представляя все себе в красках.

— Ох, жестко…

— Ну а потом надо было как-то выживать, и…

Мужчина на мгновение нахмурился и перебил меня:

— Так значит, ты не знаешь, как оказалась в Песье? И кто отец ребенка?

Должно быть, румянец на щеках выдал меня, потому что нахмурился Мирослав еще сильнее, на что я поспешила его заверить:

— Я просто ушла оттуда… убежала, то есть. А потом мне нужна была работа, и так я попала в интернат.

Он чуть заторможенно кивнул:

— В любом случае, я пока не знаю, как ты тут оказалась.

— Нет! — испуганно выпалила я. — Подожди, я не готова, я… не знаю. А как же ребенок? Я не могу оставить ее одну.

— Это ведь даже не твоя дочь. На твое место вернется настоящая мать девочки, — в голосе Барса промелькнуло раздражение.

«Настоящая мать девочки уже не вернется» — грустно подумала я про себя.

— Мария, может тебе тут и нравится, но только с твоей помощью я могу покинуть это место, свое тело, которое убивает меня, — не стал скрывать Барс своих намерений.

— Хочешь сказать, что уйдешь за мной в мой мир, а кто-то из моего мира займет твое место?

— Да! — обрадованно произнес он, но, видя мою реакцию, поспешил сменить тон. — Я знаю, все это выглядит не очень, но я устал бороться. Можешь считать, что я трус, — но я не хочу оставаться здесь, когда проклятье окончательно возьмет верх и придёт час расплаты.

— Прости, я… — вдохнула поглубже, задерживая воздух в легких. — Мне надо подумать. Я… я пойду.

Выскочила из машины, быстрым шагом направляясь ко входу в интернат.

Я не смогла сказать ему сразу «нет», понимала, насколько болезненна для него эта тема. Но и сразу «да» ответить тоже не могла.

Минут пять постояла у входа, выравнивая дыхание, приводя в порядок мысли.

«На твое место вернется настоящая мать девочки»

Пусть не мать, но вернется настоящая тетя. Имею ли я право занимать ее место? И как же больно от мысли, что придется покинуть Ирочку.