– Лучше скажи, почему одни иллюзии работаю, а другие – нет? И ментальная история тоже не совсем понятна. Ведь у Борнора получилось меня заморозить!
– Это была не ментальная магия, глупая, – раздражённо фыркнул кот. – Это называется «заклинание», и на него ты реагируешь, как все. А то шоколадно бы вам жилось! И заморозку он на тебя насылал не на расстоянии, а коснувшись рукой.
– Ты невыносим.
– Что-то, когда я твою жизнь спасал, ты не возмущалась.
– Ладно. Прости. Значит, заклинания для меня представляют угрозу, а ментальные приказы – нет.
Физическая расправа тоже работает не в мою пользу. Проходили… Так. С этим разобрались. Давай теперь с иллюзиями разберёмся. Почему иллюзию принцев я вижу насквозь и на расстоянии. Мне никого из парней трогать даже не надо. А вот окно в темнице воспринимала, как что-то естественное. Хотя там точно его не могло быть, ведь мы находились под землёй!
– Хм… окно, говоришь. Это ставит меня в тупик, – нехотя признался перс, а потом вдруг просиял. – О! Есть у меня одна теория!
– Что за теория?
– Мастер Грегори!
– Кто?
– Та дай слово сказать, егоза! – недовольно зыркнул жёлтыми глазищами Злобик.
– Мастер Грегори, говорю! Это великий архитектор прошлого. Именно мастер Грегори строил академию Хастена. Отличный артефактор! Ко всем своим прочим уникальным способностям, Грегори был ещё и попаданцем. Видимо, результаты его манипуляций с магией воспринимаются тобой как должно.
– То есть, я вижу иллюзию академии потому, что её создатель, как и я, был попаданцем?
– Почти.
Он был последним нормальным попаданцем…
– Значит, я – «ненормальная»?
– Та цыц! Тебе в твоём мире поговорить не с кем было?! Чего ты постоянно меня перебиваешь, торопыга? – возмутился кот. – Я это к тому сказал, что после исчезновения портальщиков, полноценных иномирян, чтоб и с душой, и с их же родным телом, больше никто не смог перенести. Там ритуал дюже сложный надо знать. Это было больше двух тысячелетий назад. После ухода портальщиков было зафиксировано всего два перемещения иных.
Тоже посредством души, как у тебя. Оба попаданца принадлежали к женскому полу. Кровищи от их появления было… море. Истории закончились печально. Одну затоптали драконы, не поделившие иномирное «сокровище». Вторая сама со скалы сбросилась, когда дракон, победивший в поединках за иную, предупредил девицу, что скоро явится за своей наградой.
Я вздрогнула, с ужасом представляя весь масштаб трагедии, которая грозилась стать моей самой большой проблемой.
