Его длинные тёмные волосы мокрым водопадом лежали на левом плече, стекая капельками по косым мышцам. Из одежды на Даре было одно махровое полотенце, опоясывающее его узкие бёдра. И нет… не зелёное. Обычное. Белое. Махровое… Хорошо впитывающее все капельки, которые довольно волнующе ползли к линии полотенца по ребристому прессу молодого дракона, вызывая зависть у любой нормальной взрослой женщины.
«Я – одна из них… Это чисто физиология…»
За моей спиной с грохотом захлопнулась дверь, и я подскочила от испуга, прижимая руки к заполошно бьющемуся сердцу.
«Вот это воспоминание!»
– Райлан! – охнул Дарий. Видимо этот длинноволосый чистюля тоже испугался, встречая принца с мечом наперевес. Откуда Дарий достал длинный блестящий эспадон, меня можете не спрашивать. – Что случилось?!
Райлан выглядел… впечатляюще. Злющий, как сам Сатана из Ада, с красными глазами, сверкающими точно яркие угли в костре. Только дунь – и всё воспламениться!
– Хлопнула… – задыхаясь, рыкнул дракон, – дверью…
– Кто? – Дар моргнул, не понимая побратима.
– Ты? Таки-да, я слышал.
– НЕ Я! – алый прищур Райлана заставил меня поёжиться и обнять себя за плечи.
«Видимо, это обо мне… Вот это Райланчик… раздраконился!»
– Не понимаю тогда… – растерянно пробормотал Дарий, и эспадон в его руке растворился в воздухе, блеснув на прощание серебристой сталью. – Кто осмелится хлопнуть перед тобой дверью? Ааааа… – в глазах Дария засветились смешинки. – Лали?
– Не называй её так! – огрызнулся Райлан, ударяя кулаком о стену так, что большой кусок лепнины упал с потолочного плинтуса точно у ног принца.
– А как же мне её называть? – насмешливо усмехнулся Дар."
"Чёрный дракон сузил глаза и крепко сжал пальцы в кулаки, бурно переживая внутри себя.. что-то явно бесячее.
– Называй… – чеканя каждое слово, цедил сквозь зубы принц, – «Лалеаной»… или «леди им Верес».
– Ну, здрасьте! – будто не замечая буйно-помешанного состояния друга, Дарий хмыкнул ещё громче. – Разве так обращается мужчина к своей новой подружке? – Пронзительный взгляд Райлана остудил веселье парня.
– Ладно. – Дарий поднял руки. – Не кипятись только. Из-за тебя и так мне теперь тратить резерв на ремонтное восстановление, как какому-то разнорабочему.
Дарий одним движением пальцев сотворил руну созидания, которая живо подняла осколки лепнины с пола и будто отмотала время, возвращая прекрасную работу искусных архитекторов-мастеров в её первозданный вид.
– Садись и рассказывай, – велел хозяин комнаты, уперев руки в узкие бёдра.
