Этот недооцененный композитор такие лейтмотивы творил, что диву даёшься! Особенно меня вдохновляли его беспокойные таинственные треки, прямиком из моего детства. Его произведения озвучили не одну компьютерную игру. Я не поленилась узнать их автора, и вот уже больше десяти лет изучала пробы воздуха, земли и воды именно под его музыку.
Наверное, так привыкла концентрироваться и уходить с головой в волнительный процесс «Эврики», что даже сейчас, в другом теле, слышала каждую тревожную нотку в момент очередного открытия.
«Хоть бы получилось… хоть бы получилось!» – скандировала мысленно, стараясь держать на лице маску безмятежного спокойствия, свойственную прежней владелице этого тела.
Заветная дверь лаборатории нашлась сразу за библиотечной. По левой стороне коридора. Неприметная, почти слившаяся со стеной. Не было на ней ни лепнины, ни позолоты. Простая и обычная… И по архитектуре дома можно легко сказать, что комнатка за ней пряталась совсем крошечных размеров.
Я постаралась не пялиться на заветную цель.
– Сафина… Жди здесь, – бросила коротко, самостоятельно открывая двери библиотеки.
Осторожно прикрыла её за собой, оставляя небольшую щель.
– Бедняжка, – вздохнул дракон, поворачиваясь к моей горничной. – С ней всё в порядке?
– Ох, Марик… – Сафина взволнованно приложила ладони к груди. – Кажется, наша госпожа сходит с ума…
«Вот… зараза! Не дай Бог заложит меня!»
Я бесшумно выскользнула обратно и показала девушке кулак.
Сафина всхлипнула.
Марик среагировал на этот всхлип девушки весьма по-джентельменски – подошёл ближе и погладил горничную по плечу.
«Идеально!»
– Ничего, Сафина. Не переживай за неё. Госпожа просто слишком… слишком добрая. Если сплетни не врут, то ей пришлось очень не просто в эти дни. Но ничего! Её статус стоит многих поблажек. Господин научит леди Лалеану закрывать глаза на слабости мужа.
Пока стражник жалел Сафину, я прокралась по стенке к заветной двери, негодуя от слов умника. Но тут же одёрнула себя, все эмоции отодвигая на второй план. Чтобы не мешали.
Потом повозмущаюсь."
"Дойдя до цели, потянула ручку сначала на себя, потом попыталась толкнуть её внутрь – и ничего!
«Закрыто! – от досады хотелось взвыть! – Но оно и понятно! – корила я себя, жутко злясь на беспечность. – Было бы странно, если бы её оставили открытой после того, как Лали себя решила отравить!»
Я поняла, что первая попытка попасть в лабораторию с треском провалилась, поэтому попятилась осторожно обратно, стараясь двигаться на цыпочках.
