– Перед смертью Борнор завёл разговор, из которого стало понятно, что некто с какого-то перепугу взял на себя слишком много, а именно разрешил Гефрану выкрасть меня! И выглядело это так, как будто этот «ОН» весьма сильный товарищ. Потому главный мой вопрос: аш Одо назвал имя своего хозяина?
Райлан растерянно моргнул.
– Впервые слышу. Он признал вину за твоё похищение, за нападение на Четвёрку. Ни о каком хозяине не распространялся. Значит, надо ещё раз допросить… Идём!
Я быстро переоделась в ванной комнате. Злобика будить не стали.
Последние сутки были и так у Грегори слишком нервными.
Шествуя под ручку с Райланом, то и дело улыбалась, чувствуя самое настоящее счастье. Понимаю, довольно несвоевременно, но радость от того, что Рай признался в своих чувствах… Она окрыляла! Очень сложно настроиться на неприятный момент очередной встречи с Гефраном, когда внутри плещется океан счастья.
Мы почти дошли до двери, открывающей вход в подвальные темницы академии, когда она распахнулась настежь, выпуская перепуганного Маркуса, одного из моих эльдов.
– Ваше Высочество! – выпучив глаза, быстро затараторил парень. – Ваше Высочество! Га'Хала! Там… там…
Рай оттолкнул Маркуса, быстро бросаясь вниз по лестнице с невероятной для человека скоростью. Кажется, драконы так быстро не перемещаются! Такая скорость присуща скорей вампирам… киношным, конечно, потому как на Уграсе кроме драконов и дарков, как уверяют книги по истории, больше никто не живёт.
Я отмерла, спеша за Райланом, но принц уже ждал меня на верхней ступени, быстро возвращаясь от шестой клетки.
– Быстро наверх, – без лишних слов развернул меня парень. – Я уже вызвал специальный отдел безопасности.
– Что там?
Видя, что толкать меня бессмысленно, Рай подхватил упрямую га’Халу на руки.
Когда мы оказались на поверхности, принц отдал распоряжения о дополнительной охране входа в подземелья.
Маркус побежал будить побратимов и пятерых эльдов.
– Да что там случилось?
Прежде чем ответить, Рай создал купол тишины.
– Убийство, – сразу после этого ошарашил меня шестикурсник.
– Там случилось убийство. Точнее самоубийство. По крайней мере, именно так обставлена смерть Гефрана. Только в свете твоих последних слов… – Райлан накрыл мои плечи горячими ладонями, не переставая бегающим взглядом разглядывать окружающее нас пространство. – Всё это выглядит слишком подозрительно. Во-первых, Гефран трусоват для самоубийства, а во-вторых, массовый суицид…
– Ох! – я испуганно вздрогнула, вытаращившись на парня.
