Вокруг море людей, множество залов, искать тут человека, все равно что иголку в стоге сена. А ему надо было найти.
Наконец все бюрократические процедуры были пройдены, им выдали по целому пакету программы и вожделенные бейджики. Белка пожелала ему удачи и мгновенно затерялась между стендами. Андрей остался один, бредя, словно ледокол, в этом оживленном людском море, вертел головой по сторонам, бормоча про себя:
- Где же ты? Где?
А состояние такое, будто рецепторы оголены и все наружу.
И не понимал, почему сейчас? Три с лишним года спал, а теперь ему позарез надо было, так, что аж внутри все сворачивалось, тянуло нервы.
Фоном лезли в голову мысли о том, что его демонстративный уход из дома наверняка не останется безнаказанным, дядька жены не раз намекал ему на это. Спепил зубы, отбрасывая эти мысли. Не до этого сейчас! Все потом! Сейчас ему надо было разобраться.
Не заметил, как чуть не налетел на какого-то мужика, буркнул:
- Извините.
Изобразил подобие улыбки, посторонился.
И вдруг внутренний камертон будто взревел.
глава 32
Где? Где? Где?
Мгновенно подобрался, внутри как взведенный механизм. Там, откуда пришла уверенность, что она где-то здесь, родилась горячая волна и пошла по людскому морю. Искать. А потом он словно по наитию двинулся по проходу вперед.
Люди, голоса, лица, стенды, островки перед конференц залами, персонал, журналисты. Все мгновенно отдалилось, как в обратной стороне бинокля. Дошел до конца прохода, свернул в следующий. И вдруг замер.
Ощущение было как удар.
***
Вчерашнее волнение, новые впечатления, ощущения, интересные люди, с которыми ей довелось познакомиться, все это сыграло с Марией непонятную шутку.
Сначала заснуть не могла, все анализировала впечатления, перебирала, приближала перед внутренним взором, снова отбрасывала. Потому что показалось на миг, что стали оживать прежние ощущения. Странно было спустя столько времени вдруг взять и ощутить себя не только крутым спецом, но и женщиной..."
"Потом все-таки спать улеглась, так снилась такая чушь, что вспоминать стыдно.
Проснулась, щеки горели. Носом в подушку уткнулась, самой смешно стало. Но хорошее настроение осталось. Трезво поразмыслив поутру, поняла, что дневные впечатления сублимировались во сне по Фрейду. А иначе не объяснишь никак.
Сон виноват или еще что-то, но глаза у Маши сегодня блестели, и одевалась она с особой тщательностью. Вчерашний молочно-белый костюм был отодвинут в сторону.
