— О чём разговариваете? — вежливо поинтересовалась она, благодарно улыбнувшись, когда перед ней поставили миску с водой для мытья рук.
— Сообщил молодым, что мы ждём внуков, — усмехнулся Альберт.
— О да, пора бы, — Розалин мне весело подмигнула. — Да и ты, Виктория, может, успеешь ещё с военной карьерой? — теперь её внимание сосредоточилось на младшей дочери.
— Ты сама всегда говорила, карьера не должна меркнуть на фоне семейной жизни, — надулась та.
— Я была глупа и молода и не настолько хотела внуков, а теперь хочу.
Шейн, ты что думаешь?
— Почему ты спрашиваешь его? — напрягся Итан, а мы все переглянулись, поняв, что не сообщили ему о важных изменениях в жизни сестры. — Шейн? — подозрительно сощурил он глаза.
Кажется, многим в зале стало не по себе от накатывающей, словно лавина, злости ледяного клирика. Грант же невозмутимо отложил столовые приборы и приподнял рукав форменного мундира, демонстрируя синевато-алую брачную вязь. Итан гулко вздохнул, в его глазах поселилось бешенство. В гробовой тишине он подошёл к Гранту, следом снёс его со стула точным ударом кулака.
И нам пришлось разнимать мужчин, а Виктории спешно объяснять обстоятельства помолвки, параллельно замораживая рассечение на скуле мужа.
— Прекрати, Итан, это моё решение, — девушка притопнула ногой, наблюдая, как брат мечется по комнате, а я семеню за ним.
Одна Розалин с довольной улыбкой на губах ела суп. Остальные с разной степенью удивления ждали дальнейшего развития событий.
— Хорошо. Твоё. Ты защитил её, спасибо, — ответил Итан сдержанно, разворачиваясь к Гранту.
— Теперь оставишь её в покое.
— Нет, конечно, Виктория — моя жена, — пожал плечами Шейн, и я на всякий случай вцепилась в руку любимого.
Двери обеденной залы распахнулись, впуская Стивена с женой. На фоне рослого мужчины девушка выглядела особенно хрупко. После исчезновения Итана Саммерс поддержал меня в числе первых, а позже поделился и тайной своей жены. Её ауру скрывал такой же артефакт, как у меня, что вызывало много вопросов и предположений.
— Без нас пируете? — улыбка на лице Стивена резко увяла, когда Тирос с громким вздохом поднялся из-за стола.
Девушка напряжённо прижалась к руке мужа, а феникс решительно направился к ним. Того, что произошло дальше, не ожидал никто. Король Альвиана встал перед ней на колени.
— Мелания… — выдохнул он хрипло, протягивая к ней руки. — Не хватит слов, чтобы передать, как я сожалею о твоей потере и том, что не сумел тебя защитить от чудовища, в которое превратился твой отец.
