Находящееся под дворцом плетение откопали, Максвелл его внимательно изучил и пришёл к выводу, что его стоит восстановить. Оно должно усилить возможности дара Джослин. Опасность состояла в том, что ответвления магического знака распространялись на весь город с целью напитаться силой жителей. Само собой, лишь капля энергии от каждого, ничего опасного, такое воздействие пройдёт без последствий, но само наличие подобного плетения вызвало бы множество споров и протестов. Потому мы решили восстановить его, держать под рукой, но использовать только в самом крайнем случае, например, при новых прорывах или расширении Разлома.
Скандалы будут не так страшны, если речь пойдёт о сохранении жизней жителей всей страны.
Максвелл в команде с доверенными военными, при поддержке Джослин и моего отца провели восстановление знака и тщательно обезопасили помещение, в котором находилось плетение. Вчера завершились работы.
— То есть сама ты не можешь войти и воспользоваться плетением? — уточнил я.
Мне как раз не хватало времени заниматься и этим делом, благо есть те, кому можно довериться.
— Это тот случай, когда ключу и замочной скважине не стоит давать возможность соединиться без помощи постороннего, — пожала она плечами.
— Но есть кое-что ещё. Для активации такого знака нужен резерв побольше, — щёлкнул пальцами Холланд. — Судя по всему, его могли использовать дед и отец Джослин на пике своей силы.
— Только я полукровка, — поморщилась она. — Никогда не достигну их уровней.
— Поэтому мы внесли дополнительную линию подпитки, опять-таки связанную с вашим артефактом.
Вы сможете поделиться с Джослин магией для активации.
— То есть у плетения два ключа? — я провернул перстень на пальце.
Казалось, они постарались предусмотреть всё. Только не давала покоя история гибели императора и сына Тироса. Мы обезопасили себя от ментального воздействия всеми возможными способами, но нам неизвестно, на что способен незримый враг. Как бы хотелось, чтобы мои опасения просто были чрезмерной мнительностью…
— Именно, — рассмеялась Джослин.
— Об этом известно только мне, тебе и Максвеллу.
На лицо её мимолётно наползли тени, улыбка увяла на миг и снова ярко засияла. Она что-то скрывала…
— Пожалуй, на этом всё, — Максвелл поднялся с кресла. — Если нет других вопросов? — и вопросительно приподнял тёмную бровь.
Холланд вызывал уважение, мне он нравился, а вот то, что моя жена проводит с ним больше времени, чем со мной, не нравилось совершенно.
