— Неужели Картер ничего не может сделать?
— Это самое неприятное… — поморщился Салливан. — Ему и пришлось арестовать Итана по требованию отца Шейна.
— Это ужасно, — гулко вздохнув, я направилась к скрытой ширмой койке, вокруг которой суетились целители.
Грант так и не пришёл в себя. Его избавили от верхней части одежды. Кожа побледнела, проступил рисунок вен, и губы его посинели. Очень знакомая картина отравления… Но такой редкий ингредиент, вряд ли использовали его. И даже если так, должна ли я сейчас высказать предположение о характере яда и попытаться помочь Гранту? Как лекаря меня не должна интересовать личность пациента.
Нельзя помогать одному и игнорировать кого-то другого. Но именно Грант угрожает моей жизни, он меня шантажирует. Не будет ли его смерть означать свободу для меня? И не стану ли я убийцей, если позволю ему умереть?
—Жрец Ланкастер! — громкое восклицание, донёсшееся от двери, заставило отвлечься от мрачных мыслей и обернуться.
В лазарет вбежали двое специалистов службы охраны правопорядка.
Один из них нёс, подняв над головой, небольшой флакончик, в котором плескалась прозрачная жидкость.
— Жрец Ланкастер. Нашли в кабинете Вилдбэрна.
Изумлённые вздохи послышались со всех сторон. В ушах зашумело от волнения. Неужели они обнаружили яд в кабинете Итана?
— Несите сюда! — позвала Беккер, активно помахав рукой. — Нужно установить, что это за состав.
— Это улика! — из кабинета целителя выбежал Картер.
Из-за открытой двери мне удалось увидеть Итана.
Он сидел за столом со скованными перед ним наручниками руками. Его действительно арестовали…
— Улика или нет, а спасти пациента я обязана, — фыркнула женщина, выхватывая бутылочку из рук озадаченного специалиста.
Она приоткрыла крышку, принюхалась к составу, оценила его через стекло. На мгновение задохнувшись, я сама не поняла, как оказалась возле женщины. И прежде чем она возразила, мазнула пальцем по горлышку бутылочки и тут же попробовала жидкость на язык.
— Ты что здесь делаешь? — Картер возник возле нас мгновенно. Он схватил меня за руку и оттащил от Беккер. — Целитель или нет, но вам будет предъявлено обвинение в порче улик и возможном укрывательстве преступника. Вы военная, в конце концов, неужели не знаете правил?
Обвинение прозвучало так жёстко, что женщина задрожала. И только тогда я поняла, что специалист нёс флакон завёрнутым в платок, а она взяла его голыми руками.
