Бывшая жена мажора

Б-р-р-р! Даже представлять не хочу!

– Мы больше никогда не будем говорить о Лане и вообще вспоминать, что она была! – ставлю ему условие.

– Идет, – соглашается Кир. – И о твоем Володе тоже.

Я утвердительно киваю, малодушно не признаваясь, что с Володей у нас даже близости не было, и мы оба снова расслабляемся. Только больше не обнимается, а лежим, тупо уставившись в потолок и думая каждый о своем. Пока в тишине комнаты отчетливо не раздается голодное урчание его желудка.

– Давай пойдем ужинать, – предлагает Кир, садясь и протягивая мне руку.

Я хватаюсь за нее, давая себя поднять, и туже запахиваю развязавшийся халат.

– В ресторан? – спрашиваю у него. – Так быстрее, чем ждать доставку сюда.

– Давай, – соглашается он и мы расходимся, чтобы переодеться.

* * *Ужин проходит странно, за неимением другого слова, которым я могу описать происходящее. Мы с Киром не говорим больше на личные темы, он ведет себя так, словно ничего не случилось и честно говоря, я совсем не против.

После того, как счет оплачен, мы выходим на улицу и молча, не договариваясь, не спеша бредем по тропинке, пропустив поворот к нашему коттеджу. Прямо к озеру, огибая его и направляясь в подлесок, подальше от тех, кто расположился на берегу. Уже темнеет, так что мы не заходим далеко, останавливаемся у знакомого дерева – огромного дуба с толстым стволом, на котором когда-то вырезали свои инициалы.

– Думаешь, они еще сохранились? – спрашиваю у Кира и он меня сразу понимает, хотя с тех пор прошло, наверное, лет десять. Мы только начинали встречаться в ту пору и моя идея вырезать инициалы на дереве показалась Киру слишком банальной, но он все равно согласился и сделал основную часть работы перочинным ножиком.

– Давай поищем, – предлагает он.

Включив фонарики на телефонах, мы ищем заключенное в сердечко «К + А» на коре и… не находим.

– Может это не то дерево? – предполагает Кир, видя, как меня это расстроило.

Но мы оба знаем, что это то самое дерево. Других больших дубов тут нет и не было.

– Нет, – качаю головой. – Это оно. Просто наша надпись исчезла. За десять-то лет, что тут удивительного? Пойдем.

Я знаю, что это глупо, но мне почему-то становится очень грустно. Как будто исчезнувшая надпись в очередной раз доказывает, что отношения не вечны. Не наши с Киром.

– Подожди, – останавливает он меня.