Бывшая жена мажора

– Может, вы уже пропустите меня? Хочу пойти к дочери.

– Да, я тоже хочу пойти к Варе, – говорит Володя, вставая.

Со стороны Кира сиденья заняты, так что было бы невежливо мешать людям, уходя из-за того, что наши дети выступили, потому что мини-концерт еще не окончен и другие детки ждут своей очереди. Актовый зал в саду ничем не отличается от театрального, что впечатляет, но неудивительно, учитывая какое это дорогое заведение. Мы с мужчинами движемся по узкому проходу между сиденьями, пока занавески задернуты и не начался второй номер, но делать это быстро довольно затруднительно и я спотыкаюсь на ровном месте.

Сзади меня тут же подстраховывает сильная мужская рука и на миг, забывшись, я опираюсь на нее, прежде чем отскочить, как ужаленная, поняв, что это ненормально. Кир больше не может обнимать меня за талию, а я не могу прижиматься к нему в поисках опоры. Мы больше не вместе и нам хватает других неловких ситуаций, кроме случайных прикосновений. Видимо, устоявшиеся привычки умирают очень медленно, потому что даже спустя год после развода мои инстинкты срабатывают по старой схеме и мне это очень не нравится. "

"– Ты в порядке? – удивленный моей реакцией спрашивает Кирилл и Володя оборачивается, не понимая в чем дело, но я быстро отмахиваюсь.

– Ничего, просто споткнулась.

Оказавшись в коридоре, мы молча идем в сторону раздевалок, где переодеваются дети. Фима с Варей сидят на скамеечке в обнимку с мальчиком из их группы и широко улыбаются, пока мама мальчика делает их фото на телефон.

– Папа! – первой замечает нас Варя, подбегая и обнимая Володю за бедра.

Он берет дочь на руки, прижимаясь щекой к ее щеке, и я в который раз удивляюсь, до чего же они похожи. Интересно, в Варе есть хоть какие-нибудь черты матери, потому что я вижу только отцовские. Моя же дочь, в отличие от своей подружки, смесь меня и Кира, что видно по ее лицу уже сейчас, в раннем возрасте. Хотя Кир утверждает, что это не так и что Фима моя копия.

– Папотька, тебе понлавилось как я танцевала? – допытывается тоже виснущая на отце Фимка.

 – А тебе, ма?

– Ты очень красиво танцевала, зайчонок, – улыбаюсь я, целуя ее в макушку.

Кир же тискает ее так, что она повизгивает, как довольный щенок, заставляя меня улыбаться до боли в мышцах.

– Мы должны это отпраздновать у Барбоскина, – говорит мой бывший муж, словно ставит перед фактом.

– Вообще-то, мы с Володей и Варей уже договорились сходить в кафе-мороженое, – вставляю я, оглядываясь на напрягшегося Владимира.