Нам тут может всем выстроится в очередь?
- Викторова, ты что себе позволяешь? – строго требует Вера Павловна.
- Я? – выкрикивает Анжела, у лица взметнулись огненные пряди волос. – Озвучиваю правду, которую почему-то все остальные говорить боятся!
- Никаких склок на работе! Это первый и последний раз, когда ты такое себе позволяешь. Мы поняли друг друга?
- При всём уважении, Вера Павловна, вы здесь больше не номер один, и насколько я понимаю, все полномочия в руках Нэлли. Или точнее сказать, не в руках, а под юбкой.
Я права, Золотарева?
Наступает пауза. И я с опозданием понимаю, что все ждут моего комментария…
Анжела аж притопывает носом обуви, будто отстукивает данное мне на ответ время. Несколько человек прячут улыбки за сжатыми в кулаки ладонями.
- У нас с тобой разное воспитание, - спокойно отвечаю я. – И на твои провокации я отвечать не собираюсь.
- Нет, ну вы гляньте, святая простота! А какое должно быть воспитание, чтобы разводить мужиков на такое? Демид Алексеевич здесь пару дней, а ты уже его обработала.
Браво!"
"- Ты не ведаешь, что несёшь, - отмахиваюсь я. – Я так понимаю, собрание окончено?
На мою последнюю реплику Вера Павловна отвечает одобрительной улыбкой.
- Девушку можно вывезти из деревни, а вот деревню из девушки – никогда. Ты ему не пара, и как бы ты не пудрила ему мозги своей псевдоневинностью, он от твоей пресности и серости убежит, роняя тапки, вот увидишь!
«Уймись, Анжела!»
«Ты слишком завелась!».
Сразу несколько человек пытаются её остановить, но это уже невозможно.
- Мужчины, они такие, могут всю жизнь есть деликатесы, а потом разок сорваться на дешёвую колбасу. Так вот, это ты Золотарева! Дешёвая колбаса. Дешёвка, поняла?!
- Так! – встревает Вера Павловна. – Это уже переходит все границы!
- Обломишься, слышишь? – Анжела не реагирует на то, как нас пытаются разнять. – Ты и твой выродок-безотцовщина!
- Уволена, - мой голос звучит так, будто сказал это кто-то иной.
До этого дня я никогда так не говорила. Строго, уверенно. Сама себе напомнила мать.
На самом деле мне хочется вмазать Анжеле, но до её уровня падать я не собираюсь.
- Что? – насмешливо переспрашивает она.
- Ты уволена. И не смей никогда больше открывать свой рот в адрес моего сына. Собрание окончено!
Разворачиваюсь и ухожу в абсолютной тишине. Молодец, Нэлли. Не подыграла Адарову, попритворялась недельку…
И в первые же минуты уволила сотрудника! А я ведь даже не знаю, есть ли у меня на это право. По бумагам хозяин Адаров.
