Мужчина на мгновение замер, увидев меня у зеркала, но почти сразу взял себя в руки.
— Почему не спишь?
— Тебя жду, — поправив полы халата, ответила ему.
— Зачем? — прошёл вперёд, снял камзол, бросив на пуфик у кровати, и принялся расстёгивать манжеты.
— Ты должен обратиться к врачу.
— Со мной всё в порядке.
— Ты едва не убил собственного брата.
— Сводного, — спокойно поправил меня герцог. — Поверь, он совершенно не рад нашему родству.
— Всё равно. Ты применил искру. А если он пожалуется. Ты хоть понимаешь, как это опасно? — сидеть не было сил, и я встала, сжимая в руках поясок от халата.
— Беспокоишься обо мне, Сэм?"
"Опять он играет и паясничает.
— Прекрати играть. Тебя едва не отравили.
— Но ты меня спасла, вывела весь яд из организма.
— Этого недостаточно. Дерек, ты всегда славился своей выдержкой, спокойствием и хладнокровием. Да, Октавир повёл себя не красиво, его слова о твоей матери были чудовищны и несправедливы, но ты его чуть не убил.
— Несправедливы? — тихо повторил он, перестав бороться с пуговицами и повернувшись ко мне.
— Несправедливы, Сэм? Моей матери было семнадцать, когда она встретилась на том балу с отцом. Семнадцать! Совсем ребёнок. А ему за сорок. Он же в отцы ей годился!
Запнулся и продолжил уже более холодным тоном.
— Она сразу сказала ему, кто такая. Что дочь башмачника, что простолюдинка. Надо было остановиться. Он должен был остановиться! Но нет. Вино, хмель и волшебство ночи. Он лишил её невинности прямо в кустах дворца. Романтично, правда?
— Дерек, — с трудом прошептала я, не зная, что делать с этим неожиданным откровением.
— В результате этой ночи на свет был произведён я… Нет, поступил отец как настоящий герой, женился, привёз молодую жену домой. И не смог пережить, когда её не приняли. Потому что благословение Великих — это испытание, а пройти его он не смог. Снова начал пить, потом отправил молодую жену с младенцем в загородное поместье.
— Ты не обязан мне это рассказывать.
— Да, но ты должна услышать. Мне было пять, когда нас отправили в Вельхорт, небольшой городок на юге Сангориа.
Первое время он часто приезжал, потом всё реже и реже. Я помню себя десятилетним, когда застал маму плачущей над газетой, где рассказывалось об оперной певице, которая вот уже полгода была официально любовницей отца. Когда он явился, мама попыталась его выгнать. Не вышло. В результате этого разговора на свет появилась Одетт. Моя сестра никогда не видела отца. Он больше не приезжал. Ни разу.
