Всхлипывания я услышала не сразу. Сначала думала, что мне показалось, а потом прислушалась и пошла на звуки.
Одетт сидела в укромном уголке, спрятавшись за раскидистым кустом дикой розы. Сжавшись в комочек, обхватив ноги руками и спрятав лицо на коленях. Худенькие острые плечи мелко вздрагивали, и всхлипывания становились всё сильнее.
Я знала, что не нравлюсь Одетт, и возможно стоило уйти, но не смогла. Почему-то важно было быть рядом. Важно помочь и поддержать.
Это ведь так тяжело оставаться со своей болью один на один.
— Привет.
Она вздрогнула и сжалась еще сильнее. Маленькая, хрупкая девочка, колючая как ежик и такая несчастная.
— Уходи.
Голос девушки был глухим и сиплым от слёз.
— Тебе нужна помощь? У тебя что-то случилось? — игнорируя приказ и тон, которым он был произнесён, сказала я и шагнула еще ближе. — Может я могу помочь?
— Исчезни! Это ты во всём виновата!
Я и не спорила, что виновата.
— Не могу. Мы связаны соглашением и мне придётся остаться.
— Ненавижу тебя! — сказала Одетт и зарыдала еще громче.
Только ненависти в словах не было, а боль была.
Подхватив юбки, я подошла еще ближе и села рядом с ней, стараясь не коснуться, это могло её спровоцировать. А сейчас девушке нужна помощь.
— Переживаешь за брата?
— Ты его не достойна. Дерек самый лучший, он хороший, а ты…
— Чужая, — подсказала я, рассматривая витиеватый узор на огромном вазоне с цветами.
Одетт неожиданно выпрямилась и быстро стёрла дрожащими руками слёзы с щек.
— Он всё равно тебя любит. Несмотря ни на что любит. А меня не простит, — её голос снизился до шёпота."
"— Дерек и тебя любит. И простит. Ты же его маленькая принцесса.
— Это я! — неожиданно громко выкрикнула девушка и затряслась. — Я! Я! Я!
Смотреть на неё было даже немного страшно. А как она была сейчас похожа на брата.
— Не понимаю…
— Это я рассказала старому Архольду о вас! — выкрикнула она и снова спрятала лицо в руках. — Я всё разрушила!
— Одетт, — потрясённо выдохнула я, осторожно касаясь вздрагивающих плечиков.
— Милая, ты не виновата. Послушай, ты была ребёнком.
— Я поверила ему. Поверила. Он впервые обратил на меня внимание. Всегда на Дерека смотрел, только его замечал. А тут вдруг приехал с подарками. Вручил мне куклу. Красивую такую, фарфоровую, — её голос срывался, но Одетт упорно продолжала рассказывать. — У неё такое платье пышное было. Никогда таких не видела и волосы, как настоящие. Светлые, волнистые.
