Как преданно она смотрела Дереку в глаза, как ловила каждый взгляд, каждое слово, обращенное к ней.
Великие, как можно испытывать одновременно жалость и ненависть?
— И очень бы хотела, чтобы я отправил вас на эшафот и объявил этот брак недействительным, — продолжил мужчина.
Его свита закрывала нас от других гостей, не давая им подойти ближе и прислушаться к нашему разговору.
— Вы это сделаете? — едва слышно спросила у него, не отрывая взгляда от пары, которая продолжала танцевать.
Красивы? Несомненно.
Подходят друг другу? О, да.
Он высокий черноволосый, статный, она хрупкая золотовласая блондинка. Ту, что хочется защищать и оберегать.
Дерек смотрел на неё, даже улыбнулся, слушал болтовню и кивал. Его руки лежали на её тонкой талии, его губы наклонялись к самому ушку, что-то шепча.
— У нас с Гареттом соглашение, которое я не имею права нарушать. Однако…
— Никто не застрахован от несчастных случаев, — закончила я.
Неприятный холодок прошёлся по позвоночнику, заставив поёжиться.
— Только Великие не простят.
Я пожил уже достаточно много лет, герцогиня, чтобы понять, что есть вещи, в которые вмешиваться не стоит. Как бы ни хотелось. Алвира влюблена. Но это пройдёт.
«Тогда зачем всё это? Зачем такие мучения? Для неё, для меня, для Дерека?»
Я не произнесла это вслух, но он словно услышал:
— Урок, герцогиня. Напоминание о том, что полученное может быть легко отнято. Если вы будете играть не по правилам.
— Что вы имеете в виду?
— Признаюсь, когда старый герцог обратился ко мне с правом признать наследником своего младшего внука, я был удивлён.
Но теперь понимаю, как же он был прав. Дерек истинный Архольд, один из тех столпов, на которых будет держаться Сангориа… И ему нужен наследник. Такой же сильный, как его отец, и благословение Великой только укрепит его мощь.
Щеки вспыхнули румянцем, и я судорожно сглотнула, услышав следующую фразу:
— Я знаю, что у вас разные покои, герцогиня.
— Ваше величество, — потрясённо выдохнула я.
— Вы должны родить наследника, герцогиня.
Должны и родите… ВЫ же не хотите такого врага, как я, не так ли?
— Нет.
Звуки стихли, танец закончился, и осталась пара, которая так одна и протанцевала посреди огромного зала в гнетущей тишине, нарушаемой лишь музыкой.
Прекрасно, прекрасно, — провозгласил правитель, когда Дерек подвёл девушку к нам. — Архольд, ты не возражаешь, если я нарушу ход вашего праздника?
— Как пожелаете, Ваше величество.
— Мы уже покидаем вас, но я хочу кое-что увидеть.
