Чёрные брови сошлись на переносице, грозовые губы шевелились, а пара смоляных прядей выбились из пучка. Девушка сосредоточенно накручивала одну из них на палец, совершенно не обращая на меня внимание.
«Что она здесь делает? Почему Одетт?»
Говорить так и не получалось, но пошевелить головой туда-сюда я могла. Надеясь, что шорох подушек заставит девушку обратить на меня внимание.
На это ушло еще пару минут.
От напряжения и укачивания закружилась голова, а к горлу подкатил противный ком. Увеличению тошноты способствовал и запах трав, который вдруг стал густым, плотным и таким удушающим.
— Селина? — взволнованно спросила Одетт, поднимая взгляд от книги. — Ох! Ты очнулась? Молчи! Тебе нельзя разговаривать! Я сейчас! Только не спи! Я сейчас!
Она бросила книгу на кровать, вскочила, едва не упав с кресла, путаясь в юбках, бросилась к двери. Снова оступилась, зацепившись за ковер, взмахнула руками и едва не врезалась в дверной косяк.
Сбежала, не сказав слова. Разве так можно? Я ведь вся извелась от страха. Что с Дереком? Получилось ли его вытащить?
А веки становились всё тяжелее.
Так хотелось закрыть глаза и ни о чём не думать. Забыться и просто уснуть. И так трудно противостоять этому сонному дурману.
Наверное, я бы не выдержала и вновь уснула, если бы вскоре не раздались шаги, хлопнула дверь и в спальню не вошли Леонард и низкорослый пожилой лекарь.
— Вот видите! — радостно закричала Одетт, выглядывая из-за плеча Леонарда. — Я же говорила! Она пришла в себя.
Он видел. Зло сверкнул ледяным взглядом и раздраженно бросил девушке, даже не удостоив её вниманием:
— Можете быть свободны, леди Одетт.
— Что? — ей явно не понравилось такое обращение. Я плохо видела, но по голосу могла определить, как от возмущения у неё дрожал голос. — Да как вы?
— Благодарю за помощь, — тон брата снизился еще на пару градусов. Того и гляди, заморозит.
— Герцогиня? — привлек моё внимание лекарь, присаживаясь рядом и бережно беря за руку. Ладони у него были сухими и тёплыми, от них едва заметными импульсами шла сила, щекоча кожу.
— Как вы себя чувствуете?
Я приоткрыла рот и тут же закрыла, забыв, что голос так и не вернулся.
— Не можете говорить, — понимающе закивал старичок. — Это вполне объяснимо и соответствует вашему состоянию. Такой упадок сил, такая потеря жизненной энергии. Повезло, что князь Элкиз оказался рядом. Давайте сыграем с вами в одну простую игру. Если вы моргнёте один раз, это будет означать «да». Если два раза, то нет. Согласны?
Я моргнула один раз.
