Волосы тяжёлыми локонами накрывали спину и грудь, лаская и щекоча кожу.
— Да простят меня Великие, — прошептала едва слышно и встала посреди спальни, закрывая глаза и призывая искру.
Хуже всё равно не будет, ведь самое страшное вот-вот случится. А смерть Эйдана я не переживу и не прощу себе никогда.
Искра откликнулась сразу.
Тёплым ветерком прошлась по всему телу и вспыхнула прямо в сердце.
Тихо ахнув, я выгнулась в спине и развела руки в стороны, будто хотела взлететь птицей. Свободной и неуловимой.
Каждое обращение к искре уникально, неповторимо и ощущается, словно в первый раз.
Тепло, сила и возможности. Много возможностей, которые не доступны обычным людям. Дар Великого Сына — плута и насмешника, который вновь и вновь играл с нами, путая нити судьбы.
Сила заполнила каждый капилляр, вену и сосуд в теле, окрашивая его в лазурно-голубой цвет, который выступал под кожей.
Со стороны это смотрелось красиво. В Академии я не раз видела призыв магии — когда бледное тело искрящего было сплошь исчерчено сотней нитей самого разного размера.
Правда, тогда мы не раздевались донага. Но всё равно было красиво.
Волосы, насыщенные магией, волнами поднимались вверх, щекоча лицо, и опадали вниз. Искры сияли в них, будто сотни звёздочек, а кожу приятно покалывало.
Но времени упиваться силой и свободой не было.
Сначала я принялась создавать свою фантомную копию. Воздух, загустевший в моих руках, легко подавался лепке. Шепча древние слова, которые в нас вбивали преподаватели, я формировала двойника.
Воздух вибрировал и сиял от Великих слов, но поддавался, покорный моим рукам и пальцам.
Лицо, волосы, нос, глаза и даже улыбка. Это было немного жутко — видеть своё отражение, знакомые черты. Проблему вызвала лишь вязь. Воспроизвести её у меня не получилось. Оставалось надеяться, что в темноте никто не будет присматриваться. А потом я вернусь, и никто ничего не узнает.
Слава Великим, больше искрящих у нас в семье не было и поймать меня не могли.
Десять минут и напротив стояла моя точная копия и улыбалась.
— Оденься, — тихо приказала я, указав на вещи, которые только недавно сняла с себя.
Она кивнула и оделась, после чего вопросительно взглянула на меня, ожидая нового приказа.
— Спи…
Копия кивнула, забралась на кровать, легла на бок, обнимая подушку, совсем как я, закрыла глаза и сразу же уснула. Грудь медленно поднималась и опадала, размеренное дыхание и дрожь ресниц, так словно ей (мне) снились сны.
Я не могла не улыбнуться, довольная результатом.
