"
"Магия Богини Матери полностью изменила внешность его, надев на лицо кружевную маску, которая несмотря на ажурность и хрупкость, отлично скрывала черты, и нарядила в костюм тёмно-синего цвета с золотой окантовкой и изящно повязанным шейным платком. Корвил никогда не умел завязывать такие, ограничиваясь обычными галстуками, а вот дед, дядьки, старшие братья любили подобную вычурность.
Дерек усмехнулся, разглядывая себя в высоких зеркалах, которые украшали стены в огромном холле, давая возможность пришедшим рассмотреть себя и свыкнуться с новым обликом, который будут носить этой ночью.
Тёмно-синий и золото. Родовые цвета Архольдов.
И кто после этого скажет, что у Богов нет чувства юмора?
Тихий смешок у уха заставил его дёрнуться и отступить в сторону, настороженно оглядываясь и пытаясь понять, кто сейчас подшутил над ним, играя на нервах.
Недалеко, у самых зеркал, громко переговариваясь, хихикая и показывая пальцем на отражения, стояли три девушки, разодетые в шелк и парчу по моде прошлого столетия.
На изящных головках гордо возвышались белоснежные, завитые парики с живыми цветами. Юбки ярких платьев, украшенных оборками, кружевом и искусственными камнями, были огромными, просто невероятно пышными за счет специального каркаса, который крепился к корсету.
С другой стороны от него стояла уже немолодая пара, одетая в парные костюмы. На мужчине были черные брюки и расстёгнутый жилет поверх алой рубашки с пышными рукавами и узкими манжетами. На его спутнице наоборот длинная красная юбка и чёрная блузка, украшенная яркими розами.
Они явно пришли вместе. Супруги, решившие дать отношениям вторую жизнь или любовники, которые вырвались из душного мира, чтобы насладиться коротким счастьем? Их чувства и страсть были заметны каждому. Как они смотрели друг на друга, как касались — осторожно, плавно, будто боясь, что всё это рухнет.
Дерек отвёл взгляд, ощущая себя странно и неловко. Словно только что подглядел за чужим счастьем. Коротким и болезненным, но тем не менее сладким и щемяще нежным.
Значит любовники. Те, кому не суждено быть вместе, и приходится подбирать крохи, складывающиеся в кроткую жизнь.
Никто из них не мог напугать его. Думать о воле Матери не хотелось. Когда Богиня обращала своё внимание на простых смертных, ничем хорошим это не заканчивалось.
«Глупый мальшчика», — едва различимый бархатный голос вновь раздался совсем рядом, сопровождающийся тихим смехом колокольчика.
Волосы дыбом встали на затылке.
