Где-то год назад она поехала загород, чтобы сфотографировать участок, который хотела купить ее бешеная начальница, а я не мог поехать с ней из-за встречи. Чтобы не переживать, Лера предложила поставить приложение, и хорошо, что мне это сделали. В итоге, встречу я экстренно прервал. Лера застряла посреди поля, пробив шину, а еще увидела волка и сильно испугалась. Плакала…я сорвался тут же. Даже не думал. Она и ее спокойствие было для меня важнее.
Как я тогда оказался в этой ситуации? Блядь, уже неважно…
Хмурюсь и быстро иду до дома.
У нее действительно стояло приложение на телефоне, но, видимо, Лера об этом тоже помнила, поэтому ее телефон я нашел у калитки. На земле.
Захожу в прихожую, но тут же замираю. Все убрано.
Первая мысль - она вернулась! Но потом я осознаю всю тупость подобных идей. Даже если бы она вернулась, вряд ли стала убираться. Тогда кто? Может быть, мама? Блядь, только не это. Только не сейчас…
- Мам? - зову ее с надеждой не услышать шагов, а потом вопросов, а потом еще одной разрушительной реакции на правду о том, какой ее сын - мудак.
Но знаете? Лучше бы я услышал голос матери и ее шаги.
- Так меня еще никто не называл, - Кристина выходит из гостиной и слабо улыбается.
Я ловлю дикий диссонанс.
Если честно, я о ней забыл сразу же, как перевернул тумбу, которую Лера опрокинула, и достал из ящика ключи от машины. А сейчас…сказать, что я в шоке оттого, что она до сих пор в моем доме - значит, ничего не сказать.
- Что ты здесь делаешь?! - выходит резко и холодно.
Кристина чуть ли не вздрагивает, смотрит на меня, как баран на новые ворота, чем дико бесит.
Я знаю.
Знаю-знаю-знаю, что не имею права чувствовать это, но я чувствую. Она меня калит. Какого хуя ты здесь делаешь?!
- Я…подумала, что…уберусь для тебя и…вот.
Кристина почти шепчет, окидывая взглядом разгромленную прихожую. В ней сейчас чисто - это факт. Нет осколков, нет крови, нет ничего, что хотя бы издалека намекнет на тот погром, учиненный ранее, но…знаете, что? Лучше бы был погром.
Блядь, лучше бы был погром… в нем было многое от Леры, а сейчас в этой чистоте нет ничего, что напоминало бы о ней, будто Кристина своей непрошенной заботой собой все стерла.
И мне это не нравится.
- Не нашел?
- Как видишь, - холодно отсекаю и поворачиваюсь к лестнице, чтобы подняться наверх и забрать вещи, которые мне сейчас гораздо нужнее, чем это все, - Тебе лучше уехать.
Не дожидаясь ответа, поднимаюсь наверх, а потом захожу в нашу спальню.
Гадко.
