Бывшие. Первая жена

И наконец начинаю слышать: лес и свое перепуганное дыхание.

— Слышь, ты! — орет Богдан. — Вы отрезаны от своих! Ты же понимаешь, что это конец! Отдай девку и вали!

Он специально это сделал…

— О, боже… — шепчу я. — Нет, нет, нет!

Я понимаю, что произошло.

Помню, что Богдану сказал Роман и что тот ответил.

Передай: я запомнил его слова.

Обещал, что я посмотрю и поболею — кто кого в драке.

Не знаю, слова Яна о деньгах так повлияли или желание мной обладать хоть раз, но Богдан атаковал нас! Не только Яна, судя по стрельбе в разных местах поляны, Романа тоже, и сейчас все бегут в разные стороны, только мы застряли!

— Ты же не сделаешь этого? — хнычу я.

— Нет. Он лжет. Меня убьют, как только я тебя отдам.

Герман проверяет магазин, достает запасной.

Бросает взгляд по сторонам, осматривая и небо в кронах деревьев.

Снова пытается высунуть руку с гибкой камерой и тут же отдергивает, чуть не получив пулю.

— Ребята, нас зажали… — шепчет он в микрофон. — Сможете пробиться? Сейчас! У нас нет времени!

На лбу испарина, но взгляд спокойный.

А может, он просто не хочет меня пугать. Судя по пальбе и выкрикам Богдана — они метрах в трех-четырех, и прицельно идут за нами… За мной.

— Давай, ползи, — негромко говорит он. — Тебе нужно добраться до деревьев, там встретишься с нашими. Я тебя прикрою.

Мы сближаем лица, чтобы не упустить ни слова. Почти вплотную. С такого расстояния видны морщинки вокруг глаз Германа, ему лет сорок, хотя казался моложе…

Смотрит прямо в глаза и взгляд меня отрезвляет.

Замкнутый, слегка отупевший взгляд человека, который знает, что жить осталось недолго. Что выбора нет. И бессмысленно умолять об отсрочке. Просто так случилось, что твой путь закончился.

— Нет, — упрямо шепчу я, он же наверняка неправильно все рассчитал. — Есть какой-то выход. Я не хочу ползти одна! Я не смогу!

— Вера. У тебя нет выбора. Как нет его и у меня.

— Убирайся как можно дальше. Не вставай. Даже если будут тебе орать, угрожать или скажут, что меня застрелят. Не делай этого.

— Давай подождем их, — еще раз рискую прошептать.

— Нельзя, Вера. Нас возьмут через минуту. Давай, на счет три, хорошо?

— Мы попадем к ним вместе или я один — что лучше? Соберись. Раз…

В глубине груди бьется истерика. Я не хочу ползти, я боюсь. Смотрю в ту сторону — мне нужно переползти поляну к лесу и еще какое-то время не вставать. Охрана забрала Яна, должна и меня забрать.