Бывшие. Первая жена

— Ты переезжаешь ко мне, — шепчет он, распластавшись по мне после оргазма.

Он жмурится, когда кончает. Немного со злостью, обнажая зубы. Это очень ему идет. Одно из самых сладких воспоминаний о Яне, которое я пытаюсь выгнать из памяти…

Как будто я сумею уйти сама из дома, полного охраны, где за порогом бегают натасканные овчарки… Тогда я еще мечтала об этой клетке. Казалось, с Яном будет хорошо где угодно. Даже в доме, из которого не выйти.

После нашей первой ночи он меня не отпустил.

Даже вещи не дал забрать.

Не знаю, почему его так перемкнуло.

Герман рассказал детали, как я рыдала голая перед камерой. Показания уродов так подействовали. Но он берег меня, как сокровище. К сожалению, даже самый красивый бриллиант в сейфе видит всего лишь четыре стальные стенки. И достают его лишь изредка, чтобы полюбоваться.

В старую квартиру я не вернулась.

Даже вещи не забрала: их привез Герман, большинство отправилось в помойку.

Через несколько дней пришло сообщение от Альбины Борисовны. Даже позвонить не потрудилась.

«Ты сильно подвела меня, дорогая. У меня огромные проблемы, я вынуждена уехать. Ты отчислена, я приложила усилия к тому, чтобы образование ты не продолжила ни в одном уважающем себя учебном заведении. О пути на сцену можешь забыть».

«Да пошла ты, старая карга», — дрожащим пальцем пишу ответ, но он улетает в пустоту.

Вскоре я узнаю, что отчислена за… прогулы. Я ни одной пары не пропустила! Но молчу, сжав зубы. Даже к Яну не обратишься за помощью… Иначе слишком много придется объяснять.

— Ненавижу, — бормочу я, еле сдерживая слезы.

Я у окна в гостиной. Оно выходит в розовый сад, мокрый от дождя. Запах волшебный — как из сказки.

Но попала я, черт возьми, не в сказку, а в филиал ада!

Ян должен прийти после шести.

Я жду его как верная собака. И скажу правду: я бы ждала его всю жизнь, глядя на мокрые розы, если бы не это черное пятно в прошлом. Самые страшные недомолвки всегда разрушают отношения. Я не знаю исключений.

— Моя сладкая, — Ян целует меня, как зверь. — Олененок…

Уже прошло два месяца с нашей встречи.

Я почти успокоилась. Поверила в безопасность. Ян ничего не узнал. Не говорил со мной о том, что случилось. Он был одержим мной, моим телом и хотел заодно и душу.

— Выходи за меня… — шепчет он, целуя шею.

И снова меня обливает волнами эйфории и страха.

— Так быстро? — шепчу я, ловя в ладони слегка шершавые от щетины щеки. — Ты уверен?

Из внутреннего кармана Ян достает коробку для кольца. Черный бархат. Внутри кольцо с бриллиантом.