Они хотели провести время с внуком и показать ему свою любимую картинную галерею.
Мой сын с охотой согласился — с русскими дедом и бабушкой у него прекрасные отношения.
Отец по работе не имел возможности выезжать к нам, поэтому виделись мы нечасто. Мать навещала нас стабильно несколько раз в год. В Россию мы с Глебом ездили максимум раз пять. Так получалось.
Теперь же, когда мы с сыном окончательно перебрались сюда, мои родители постоянно проявляют инициативу и забирают Глеба. Я не препятствую. Пусть. Это будет полезно не только родителям, но и моему сыну.
В связи с этим возникает вопрос.
Какого хрена я сижу в тачке на парковке школы, если моего сына тут нет уже два часа как?"
"Их уроки закончились два часа назад — кажется, мне нечего тут делать, да?
Да…
Но я сижу и жду, когда выйдет Ульяна. Я изучил расписание и теперь знаю, сколько у нее каждый день уроков. Раздобыть ее расписание заняло время, но ожидание того стоило.
И вот теперь, вместо того чтобы спокойно поехать на работу и разгрести завалы, которые копятся в геометрической прогрессии, я сижу в тачке у школы и курю.
Одну за одной, вдыхая в легкие дым.
Я сам не понимаю своей цели. Чего я добиваюсь? Просто поговорить с Ульяной? О чем? Зачем? Двенадцать лет прошло, как мы не общались, разговоры сейчас бессмысленны.
Та неприятная ситуация с пацанами разрешилась, конфликтов между ними нет, все устаканилось.
Я был неправ в отношении Леши. Особенно когда просил сына быть осторожнее с новым одноклассником. Лешка неплохой пацан, точно.
Чем-то напоминает меня в детстве. И внешне, и по характеру. Но все дети похожи в детстве, не так ли?
После той драки картинка лежащей на земле Ульяны — растерянной, уязвленной — все время стоит перед глазами.
Заканчивается последний урок, школьники спешно покидают территорию школы. Проходит минут двадцать, и уходить начинают учителя.
Ульяна выходит из здания вместе с классной Глеба, Ольгой Михайловной. Судя по их манере общения, они подруги или что-то вроде этого.
Уля машет ей рукой и идет по парковке.
Проходит мимо моей машины, не замечая меня, и отходит куда-то назад. На какое-то время я ее теряю из виду, а потом дергаюсь от громкого и настойчивого стука в стекло.
— Ты обалдел, Никонов?! — ну прямо настоящая училка.
Строгая, собранная, в очках. Возникают неожиданные и непрошеные сексуальные фантазии, от которых я сам оказываюсь в шоке.
— Что такое, Ульяна? — открываю дверь машины и выхожу.
Она сегодня в бежевом приталенном костюме.
