Бывшие. Спаси моего сына

- Да, так быстрее будет.

- Ой, пара царапин, подумаешь, - в один голос отмахиваются Амир с отцом.

Еще так заговорщически переглядываются друг с другом.

Что-то определенно меняется. Еще совсем недавно я и представить не могла, чтобы отец в одном пространстве с Амиром находился.

- Это не обсуждается, - отрезаю строго.

Подхожу к отцу, Егор же занимается Амиром. И снова ни одного возмущения у Каримова. Хоть ловлю на себе его пристальные взгляды.

- А в больничку бы надо бы, не такие уж царапины, - замечает Егор, обрабатывая раны.

- Да-да, Амиру сильно прилетело, - подтверждает отец.

- У нас сейчас есть дела важнее, - Амир нетерпеливо стучит ногой. – Собака за время пока мы тут возимся может уйти дальше.

- Думаю, она забилась где-то и сидит испуганная, - говорю, заканчивая с папой.

У него действительно ничего серьезного, хотя в его возрасте и такие порезы с синяками – это опасно.

- Пошли! – Амир решительно поднимается. – Остальное потом, - отмахивается.

- Как знаешь, - Егор разводит руками.

- Костя пишет, что он за школьным стадионом, - читаю сообщение сына. – Нам надо разделиться, людей поспрашивать.

- Я еще помощников позову, - Егор принимается кому-то звонить.

- Охранники тоже ищут, - вздыхаю. Кто-то подумает, просто собака, почему столько паники? А для нас – это член семьи, для Костика лучший друг.

Когда сын болел, Эльза от него ни на шаг не отходила, грела, ластилась. Они всегда вместе и понимает она с полуслова."

"Только бы нашлась!

Я иду с папой на поиски. Одного его не хочу отпускать, а мужчины расходятся в разные стороны.

- Егор, спасибо за помощь, но тебе нет надобности нам помогать, мы и так тебя втянули. Время отняли, - говорю мужчине уже у подъезда.

- Мне ли не знать, что значит собака. Они не предают, в отличие от людей, - взгляд сереет, он уходит куда-то в свои невеселые мысли.

- Спасибо, - говорю Егору в спину.

Мы расходимся в разные стороны. С отцом расспрашиваем прохожих, показываем фото Эльзы.

Но все безрезультатно. Никто нашу собаку не видел. Соседи сокрушаются. Обещают внимательно смотреть по сторонам. Но толку нет.

- Пап, ты как себя чувствуешь? – спрашиваю после часа наших поисков. – Может, домой пойдешь?

- Не выдумывай, - отмахивается. – Я как заново родился. В том подвале думал все, спета моя песенка.

- Не говори так, - зажмуриваюсь. Не хочу даже представлять подобного.

- Амир… ты бы видела, как лев сражался. А силы явно не равны были.