«… вчера поздно вечером в одном из клубов нашего города произошла перестрелка, – вещала с экрана миловидная блондинка, прикусывая пухлую губу, словно заигрывала со зрителями. – В результате пострадали несколько человек, двое серьезно ранены… Все пострадавшие доставлены в седьмую больницу…»
– Ты слышала?! – прошептала Сара.
– Да. И еще я вижу… – Ева на спускала глаз с экрана. Картинка подрагивала. Судя по всему, запись велась не стационарными камерами наблюдения, а телефоном одного из случайных прохожих.
Карета скорой помощи, суета медиков.
– Стоп! – девушка нажала нужную кнопку на пульте и впилась взглядом в экран. – Твою ж мать!
Панорама с места происшествия замерла на моменте, когда в объектив попал Хан. Его укладывали на носилки и загружали в машину с крестом на борту. Балу стоял рядом, не мешая врачам выполнять свою работу.
– Увидела? – прохрипела Сара. – Одевайся, я еду к тебе.
– Жду.
Блондинка выключила телевизор и вихрем пролетела в комнату. Сон и легкость как рукой сняло.
– Жив… Главное, что жив! – успокаивала себя Ева, натягивая свитер, дергая молнию джинсов. Она едва не оборвала шнурок, пока разбиралась с кроссовками. – Так, хватит. Еще истерики не хватало! – села на пуфик в прихожей и обняла себя за плечи. Пальцы подрагивали, сердце сходило с ума от волнения и тревоги. Что с Ханом? Ранение серьезное? А Балу точно не зацепило?
Не дождавшись звонка от подруги, Ева выскочила из номера и спустилась в холл. Не успела машина с шашечками на борту замереть у крыльца, как блондинка уже сбежала по ступеням.
– Едем!
Седьмая больница. Дорога заняла почти вечность. Подруги молчали, обмениваясь короткими взглядами. О чем говорить? Все ясно.
– Приехали.
Голос водителя утонул в звуке хлопающих дверей. Блондинка и брюнетка вихрем ворвались в холл больницы.
– Илья Ханин, – затараторила Ева. – Его привезли на скорой после ночного происшествия… Где он? Можно к нему?
– А вы кем приходитесь этому молодому человеку? – лениво поинтересовалась пожилая женщина, стоящая за стойкой регистрации.
– Она – жена, – Ева ткнула пальцем в обалдевшую от неожиданности подругу, – а я – сестра.
– Паспорта предъявите.
– Черт! Мы так спешили, что забыли их дома, но вы можете пройти с нами в палату. Илья подтвердит, что мы – его родственницы, – давила напором блондинка. – Ну пожалуйста!
– Пропустите их. Я подтверждаю, что это родственницы пострадавшего, – раздался сбоку незнакомый мужской голос.
