— Это лежало у двери, — плечи Карины вздрагивают, и она отходит подальше от него, словно там заложена бомба, — Это лучше выбросить.
Любопытство берет вверх. Так вот откуда был этот странный звонок. Вернее вот для чего.
Опускаюсь медленно на корточки, раскрывая двумя ладонями пакет. А потом также быстро отшатываюсь, чувствуя приступ тошноты.
Внутри пакета труп черного ворона. На самом пакете записка. Мерзкая, липкая…Удушающая.
— Кто это мог сделать? — тут же задается вопрос дочь.
А у меня все подозрения падают на одного человека.
Кому еще нужно так жестко травить меня?
— Судя по всему та, что борется за твоего отца со мной. Хотя я даже не вступала в эту борьбу.
— Алена? — Карина неверяще крутит головой, — Нет, она, конечно, тебя не любит. Но чтобы так открыто угрожать… Не думаю.
А я почти уверена. Не любит — это мягко сказано. Она меня не переваривает, словно я кость поперек ее горла.
Замалчивать этот инцидент я не стану,в планах рассказать все Саше, чтобы он урегулировал момент. Я не готова все это терпеть и уж тем более закрыть глаза.
— Пять лет назад Алена пришла ко мне и сказала, что я не достойна твоего отца и своих же детей. Сказала, что все отберет у меня. Карин, я не стала бы так сильно очаровываться ей на твоем месте. Понимаю, что по каким-то причинам эта женщина стала ближе тебе, чем я. Но я не собираюсь терпеть ее выходки.
— По каким-то причинам? — хмыкает, — Наверно, это потому, что она была единственным человеком, кому было на меня не плевать.
— Это не правда! — я тут же вспыхиваю ярким пламенем.
— Все, мам, — дочь резко вскидывает руки, словно защищаясь, — Я даже не намерена это обсуждать. Алене было до меня дело в отличие от тебя.
— Это не по-взрослому, Карин, кидать обвинения, а потом сбегать, не желая их обсудить.
Она хлопает дверью в комнату, не желая дальше продолжать разговор. А у меня случается дежавю.
Или просто воспоминания о том, как было пять лет назад. Когда я пыталась до нее достучаться, а она также выстраивала между нами стены.
Глава 34
Юля
— Ну, как там Карина? — первым делом Саша уточняет это, потому что всё остальное определённо не телефонный разговор.
— Порой ощущение, что это не моя дочь, — признаю́сь я отчего-то.
Эта мысль после её слов отчётливо выстроилась в голове. Да и если принять во внимание все факты — это правда.
Она не жила со мной долгое время, а когда жила, едва ли ставила во главу. Не было никакой связи, откровений матери и дочери, не было ничего.
