Не полагаете же вы, ваше высокоблагородие, что все важные события совершаются в центрах? А может, как раз в таких-то углах?
– Это какие же, например? – Шергин точно так же сощурился.
– Ну, например, через сто лет в медвежьем углу найдут вашу могилу, и это станет переломным моментом в истории новой России. А?
– Для священника у вас своеобразное чувство юмора, – усмехнулся Шергин.
– Да уж какое есть… Или вот, например. – Отец Илья повернулся к шкафчику, открыл дверку и запустил руку вглубь, за книги. Спустя мгновение на столе между самоваром и чашками на блюдцах обосновалась пирамидка из золота.
– Видали такую премудрость?
– Откуда это у вас?
Шергин был сражен внезапным явлением старой знакомой.
– Не имеет значения. Но по вашему лицу я заключаю, что вам сие не впервые лицезреть. Вероятно, эти штучки путешествуют разными путями.
– Вы считаете, тут замешаны красные? – спросил Шергин.
Священник удрученно покачал головой.
– Вряд ли. Замешаны интересы посильнее. Большевики, что, они всего лишь дети.
Злые, умственно изувеченные дети. Но они орудие – как человеческой корысти, так и милосердия Божьего. – Он вздохнул, помолчал и сказал: – А войну эту вам не выиграть. Дух в белых войсках не тот.
Шергин снова посмотрел на умершую в вертикальной позе стрелку часов. На этот раз ему показалось, что она еле заметно сдвинулась.
– В последнее время, – проговорил он, – меня посещает одна пренеприятная аналогия. Не так давно я и мои солдаты оказались свидетелями языческого камлания в здешних горах.
Шаман призывал духов, чтобы исцелить болезнь, которую они же, по туземным верованиям, наслали… Кончилось все это весьма неприятно, но суть в другом. Вы ведь понимаете, о чем я говорю? На тяжело больную Россию мы своими действиями призываем все тех же духов, которые едва ли не причина ее нынешнего состояния. Мы думаем, что исцеляем ее, а она уходит от нас все дальше в потусторонний мир.
– Потусторонний мир… это вы метко выразились. А давайте-ка мы с вами, – батюшка оживился, задвигался, – еще чайком побалуемся.
– Благодарю, – Шергин поднялся, – я должен проверить караулы. Завтра, надеюсь, мы с вами увидимся.
– Постойте-ка, не хотите ли забрать эту вещицу?
Оттопыренным мизинцем священник показал на пирамидку."
"– Не имею никакого желания.
– Берите, берите, – настаивал отец Илья. Он взял пирамидку и, поднявшись, втиснул ее в руку Шергина. – Доведется, вернете по адресу.
– Я не совсем понимаю вас…
– Да чего уж тут понимать. Ну, теперь идите с Богом.
