Федор дал ему оплеуху.
– А… Там, в пустыне… в степи… типа виллы… Да пусти ты.
Скелет смотрел на золото. Федор оставил его и направился к выходу.
Ни о чем таком он не думал, выбираясь наружу. Но когда за спиной раздался рокочущий грохот, он сразу понял, что ждал чего-то подобного.
Вход в пещеру перестал существовать. На его месте образовался завал из каменных глыб. Ручей тоже исчез под обломками скалы, но спустя несколько минут Федор увидел тонкую струйку, пробившую себе дорогу. Только водопада больше не было.
Он попытался отвалить камни и быстро убедился, что это бессмысленно.
Затем покричал немного, дожидаясь ответа из горы.
– Что голосишь, не услышат тебя."
"Сильно вздрогнув, Федор обернулся. Сзади стоял беловолосый старик с долгой бородой, заткнутой за пояс. На нем была длинная ветхая рубаха, похожая на монашье рубище, а на ногах огромные лапти, подвязанные веревочками. На плече он держал вязанку хвороста.
– Бог в помощь, – одеревенело произнес Федор.
– И тебе, хороший человек, помогай Бог.
Что ж ты товарищей своих бросил?
– Гусь свинье не товарищ, – с запинкой ответил он.
Длинные волосы старца шевелились от несильного ветра, и Федору казалось, что от головы его исходит белое сияние, на которое было непросто смотреть.
– И потом – в чем вы меня обвиняете, дедушка? – спросил он, отводя глаза.
– Господь с тобой, хороший человек, в чем мне тебя винить. Ты только вот о чем подумай. Когда ты шел наверх, тебя вела свобода. А когда спускался – что вело?
Федор резко вздернул голову, но тут же невольно вскинул руку к глазам.
– Я…
– Спроси у цветка – почему он вырос там для тебя? Чтобы управляться со своей свободой и не потерять ее, – что ты должен нести в своем сердце?
Федор долго собирался с мыслями, придумывая ответ. Когда он произнес первую, коряво прозвучавшую фразу, старика перед ним не было. Белая голова светилась далеко впереди. Федор, не раздумывая, кинулся догонять.
– Постойте!.. Да стойте же… Я понял…
Старец остановился.
– Вы из отряда полковника Шергина, – еще издали прокричал Федор.
– Я хочу спросить вас…
Но, приблизившись, он не мог вспомнить ни одного вопроса. Смотрел и громко, взволнованно дышал.
Старец подошел и положил руку ему на голову.
– Ступай, хороший человек, ступай. Господь тебя потрудиться зовет. Прошу лишь – мирен будь. Других за собой потянешь. Бог вами чудо и сотворит. Вся Русь на Царь-гору подымется.
В этот момент Федор почувствовал, как увлажнились глаза.
– А тех двоих… не спасти? – выдавил он.
