Царь нигилистов 5 (СИ)

Состав присутствующих был примерно таким же, только без Никсы.

Дядя Костя несмело пытался перевести разговор в деловое русло, а папа тяжело смотрел на него: хоть в кругу семьи дайте покоя!

И Саша пришёл к выводу, что деловое русло загрязнено и несудоходно, то бишь дела швах.

Когда дядя Костя вышел покурить, Саша увязался на террасу за ним, героически приготовившись терпеть табачное зловоние. При этом царь остался за столом с дамами, видимо стараясь избежать делового разговора.

Так что они с Константином Николаевичем оперлись о балюстраду, дядя Костя закурил папиросу, а Саша в лоб спросил:

— Что случилось?

— Банковый кризис, — также без обиняков сказал дядя Костя.

— Это не сегодня, — заметил Саша. — Я уже слышал от московских купцов. И от тебя о катастрофическом состоянии российской казны.

— Сегодня я получил от министра финансов Высочайшее повеление о рассмотрении работы Особой комиссии в Комитете финансов. Наше положение ужасно.

— Деньги снимают со счетов?

— Да, сотни миллионов.

— Крымская война? — предположил Саша.

— Я сегодня долго толковал об этом с Рейтерном.

Саша слышал это имя, но не вполне понимал, кто это.

— Статс-секретарь, — объяснил Константин Николаевич, — долгое время заведовал финансами у нас в морском министерстве, но уже год управляет Комитетом железных дорог. Восточная война — конечно, но ещё в 49-м огромная сумма была потрачена на подавление Венгерского мятежа.

Саша усмехнулся.

— То, что нам даже поддержки Австрии в Крымской войне не принесло?

— Император Франц-Иосиф, которого папа называл своим пятым сыном, оказался предателем, — припечатал дядя Костя.

— И стоило помогать?

— Мы не можем поддерживать национальные движения, пока владеем Польшей, — объяснил Константин Николаевич.

— Можно соблюдать нейтралитет, как сейчас в случае с Италией, — заметил Саша. — Ни к чему же хорошему не привело подавление венгров!

— Рейтерн говорит, что Россия потратила на усмирение бунта часть средств от целевого облигационного займа для строительства железной дороги Санкт-Петербург — Москва, — сказал Константин Николаевич.

— Ах, вот почему у нас всего одна железная дорога! — усмехнулся Саша. — Зато Венгрия в составе Австрийской империи. Какой альтруизм!

— Мы бы выкарабкались, но потом была Турецкая война.

— Крымская? — уточнил Саша.

— Восточная, — сказал дядя Костя. — И что ты её всё время Крымской называешь!

— Угу! Православные Молдавию и Валахию надо было освобождать! — сказал Саша.