Царевичи

Пожалуйста, стань для моего брата лекарством. Он в тебе нуждается».

44

Удалив остатки размазанной туши и промокнув лицо салфеткой, я сделала глубокий вдох, накинула пальто и пошла вниз, на парковку. Знала, что Миша дождется.

Не произнося ни слова, я вернула аккуратно сложенный вдвое лист Мише. Он принял его из моих рук и спрятал в том же внутреннем кармане куртки. Под которым билось его сердце.

Минуту мы просто смотрели друг на друга. Миша нервно пожал плечами, по всей видимости, ожидая, что я как-то прокомментирую прочитанное.

Но мне нечего было ему сказать. В отличие от Льва. Да, сейчас я бы многое отдала, чтобы повернуть время вспять и скрасить последние дни его жизни, а не окончательно добить своим равнодушием.

– Вики? – Миша протянул руку и очень осторожно провел большим пальцем там, где билась в истерике жилка на моем запястье.

– А если бы Лев не оставил письмо, ты бы так и не приехал? – спросила о том, что вертелось на языке.

Царев внимательно посмотрел мне в глаза.

– Для тебя это важно?

– На самом деле да, важно, – ответила искренне.

Прочитав мысли Льва, мне, безусловно, стало легче. Однако знать, что парень, в которого, несмотря на всю дикость ситуации, я до сих пор была безоглядно влюблена, приехал лишь после благословения своего умершего брата – больно. Это даже отдаленно не напоминало «любовь вопреки».

Внезапно Миша достал из кармана телефон, покопался в нем и протянул мне.

– «Аэрофлот». Рейс «Москва – Сочи», тридцатое декабря. Вот здесь чек оплаты. Посмотри – купил билет еще в ноябре.

Больше месяца назад. А письмо Столяров отдал мне только позавчера. – Вздохнув, Миша откинулся на спинку сиденья. – Не веришь – можешь позвонить доктору. Он подтвердит.

– Ты правда собирался приехать сюда на Новый год? – не могла поверить своим глазам.

Миша кивнул.

– Хотел встретить Новый год на Роза-Хутор с девушкой, в которую влюбился еще до того, как увидел. Однако, прочитав письмо Лёвки, понял, что не могу больше ждать. Сорвался к тебе.

И снова в салоне внедорожника повисла гнетущая тишина.

– Почти пять месяцев прошло… – напомнила я зачем-то.

А то он не знает."

"– Я бы приехал раньше, но всю осень угробил на комплексное обследование. С моей-то наследственностью… – едко рассмеялся. – Хотел убедиться, что… – гнетущая пауза, – что эта хрень не вылезет лет через дцать… Я хочу семью. Детей. Столяров провел какой-то передовой генетический тест. Полтора месяца дожидались результатов.

– И? – Я сухо сглотнула.

– Я чист. Рус с Гвидоном тоже.